Потом отступаю и как ни в чём не бывало возвращаюсь на первый этаж продолжить готовить салат к ужину.

⁂

Ночью, ворочаясь в своей постели, я снова вспоминаю порочные картинки мужской ласки и грущу, почему Дэвид не позволяет себе приблизиться ко мне по-настоящему. Ведь он произнёс моё имя! Или у него есть другая Крис?

Глава 23. Дэвид

Кристиан Адамсон.

Она совсем недавно стала совершеннолетняя. Неподходящая мне. Абсолютно. Я слишком взрослый и грязный для неё. Но, несмотря на все запреты и границы, она проникает в мои мысли. Она заставляет мой член твердеть, а яйца наполняться спермой.

Мое искушение, мой сладкий грех, моя порочная одержимость.

Моё всё…

Она моя. Просто ещё не знает об этом. Но мысленно я уже трахнул каждое из её тугих отверстий и пометил своей спермой. Я её заклеймил. Застолбил. Какая она на вкус?

Дьявол…

Меня опять срывает мыслями только в её направлении. На экране компьютера развёрнут отчёт, но я не понимаю ни слова из того, что там написано. Я фантазирую о вкусе её киски на своём языке. Мне кажется, что я даже слышу её сладкий голосочек. Левая ладонь опускается к паху и накрывает ширинку.

Клянусь, я снова вздрочну, если не перестану думать о ней. Упаковка влажных салфеток в первом ящике моего стола кончится в десять раз быстрее обыкновенного.

— Мистер Коэн…

Дерьмо. У меня слуховые галлюцинации!

Но, оторвав взгляд от монитора и посмотрев в направлении двери, я понимаю, что у меня нет галлюцинаций. Кристиан действительно здесь. В моём кабинете.

Я придаю своему лицу суровое и непроницаемое выражение. Всем своим видом показываю, что меня ничуть не волнуют её пышные губки, сложенные сердечком. Я смотрю прямо ей в лицо и заставляю себя держать взгляд приклеенным на уровне её подбородка.

Чтобы не опустить его ниже и не начать пускать слюни на упругие сисечки, обтянутые белоснежной блузкой. Кристиан не любит плотные бюстгальтеры. Она предпочитает тончайшее кружево. И её соски в любой момент могут напрячься от холода или внезапного возбуждения.

Но я упорно смотрю только на её подбородок. На лебединую шейку. На нежную золотистую кожу, тронутую загаром."

"Загар… Интересно, если я раздену крошку, найду ли на её теле полосочки от лифчика купальника? Или она загорает топлес? Я бы натёр её спинку маслом.

Становится трудно дышать. Ведь мои грязные фантазии делают своё дело. В них я смазываю маслом не только её спинку, но и то, что ниже. Задница… Я бы смазал её. О да… Хорошенько умаслил тугое отверстие, чтобы член скользил без проблем. Я уже бывал там. И моему члену там понравилось настолько, что от одной мысли я начинаю задыхаться.

— Добрый день, — мой голос кажется чужим. Одеревеневшим.

Млять, я весь ниже пояса одеревенел. Брюки в районе ширинки напоминают палатку. Член торчит как флагшток.