И отчего он злился? Что не послушалась, что обменялась парой фраз? Или может он догадался…

На балконе я сразу обхватила себя руками, было очень холодно. Шмыгнула носом и несколько раз сходила взад-вперед.

Он догадался, точно догадался!

Как только силуэт Адриана появился в поле зрения, велела себе успокоиться. Взяла себя в руки, нужно играть до конца. Может он просто разозлился, что я ушла.

Но у герцога в тот момент были свои мысли, и он сделал поступок, который я совсем не ожидала от него.

Он поцеловал меня…

В тот момент я словно потерялась в пространстве. Забыла где я нахожусь и что здесь делаю. Я была слишком растеряна, чтобы понять что-то кроме того, что по телу моментально разлилось тепло. Холод исчез, его вытеснил вкус мяты и руки лежащие на моей талии.

Я словно вспарила, а после рухнула вниз, да с такой немыслимой скоростью, что сама не успела этого понять.

Я только что расшиблась, упав с огромной высоты и потеряв единственное, что у меня было от Адриана, его уважение.

Он все понял.

Если бы я ответила на поцелуй, сориентировалась бы быстрее, возможно он бы поверил в мою ложь. Но сейчас, когда я была так растеряна и не понимала, что делать дальше. Врать про зелье было бессмысленно.

Оставалось только сказать правду. Но слова встали поперёк горла. Я трусливо молчала, борясь с подступающими слезами.

Нужно сказать правду Элеонора, иначе ты совсем его потеряешь! — кричала я сама себе.

Адриан давал мне время. Он молчал, сверлил меня своим темным презрительным взглядом и ни говорил ни слова. И об это его презрение разбивались все мои попытки сказать хоть слово.

Я боялась оказаться отвергнутой еще больше, чем быть трусливой лгуньей. От нового порыва ветра я сжалась. Адриан нахмурился еще сильнее.

— Элеонора едь домой, — неожиданно сказал он. — Ты простудишься.

Его голос звучал сухо. Это не было заботой, скорее проявлением благородства. Спорить я не видела смысла. Но не успела я сделать и шаг, как герцог добавил.

— Ты не годишься для роли любовницы. Мое решение изначально было ошибкой. С сегодняшнего дня, наш контракт разорван.

— Разорван? — это был удар по самому больному месту. Я не поверила в услышанное. Искала в глазах Адриана сомнение, злость, но сейчас он казался холодным и совершенно спокойным.

— Я выполню свои обещания, — продолжил он. — Разберусь с твоим наследством, закончу ремонт дома и займусь его продажей. С завтрашнего дня я подберу для тебя съемный дом. Больше нам нет смысла видеться.

Нет смысла видеться. Порывы ветра больше не колыхали ткань моего платья, но мне стало так холодно, словно я обнаженная вышла зимой и шла голыми ступнями по снегу.

— Прости меня, — выдавила я, в тот момент слезы нашли выход опалили щеки. Нет смысла видеться. Прозвучало снова.