Кирилл сделал все, чтобы я себя так чувствовала! Сказал, его невеста не умеет ублажать его в постели так, как я! Так сказал, Алёна! И после этого ты хочешь, чтобы я не уходила? Чтобы осталась тут? Ради чего? Чтобы смотреть, как они за руку выходят из ЗАГСа? Она в свадебной платье, а он в костюме? За руки! А я буду стоять в стороне и наблюдать за их счастьем? А как же мои чувства, Алёна? А как же я? — голос срывается, превращается в шепет. Слезы потоком текут по щекам.

Алена плачет вместе со мной, сглатывает. Не находит разумных слов, чтобы успокоить меня. Да и не надо меня успокаивать. Я все рашила и точка.

— Прости, я... — подруга качает головой, грустно усмехаясь. — Не знаю, что думать. Но... Хоть убей... Мне кажется, Кирилл что-то запланировал. Что именно — я понятия не имею. Но что бы там ни было, поступать с тобой так... Жестоко... Я не одобряю, конечно. Он меня постоянно поддерживал, когда мы в разлуке с Ромой были. И искренне в своих чувствах к тебе признавался. Он любит тебя, Лиза. Я в этом даже сомневаться не хочу. А его поступки... Да хрен его знает. Господи, я с ума сойду... Представляю, что у тебя внутри творится, родная.

— Не можешь ты меня понять... Не можешь, — шмыгаю носом, вытирая влагу с лица и явно размазывая тушь. — Когда человек любит, Алёна, он готов на все ради любимого. Когда я пошла к его отцу, чтобы сказать, мол, Кир убьет себя и лишь вы можете его спасти, я уже знала, что Кирилл меня никогда в жизни не простит. Но надеялась... Где-то внутри меня всё-таки жила надежда, что он возьмётся за ум и поймет... Поймет, что я всего лишь хотела его спасти. Но он меня вышвырнул прочь... И я уже ничему не удивляюсь. Одного поля ягоды. Что отец, что сын.

— Что тебе отец его наговорил такого, милая? — тихо уточняет Алёнка, бросая взгляд на коляску, откуда раздается детский плач.

— Назвал меня шлюхой, а потом ударил так, что в глазах потемнело. Так ещё и с деньгами вчера пришел и предложил мне выгодную сделку. И я согласилась, — вру я. Пусть знает, что я сваливаю из этого города с полным карманом. И пусть не волнуется за меня. — Все равно уеду. Уж лучше приму его предложение. Хотя бы жить на что будет первое время.

— Какая же ты врунья, Лиза. Думаешь, поверю?

Подруга берет малыша на руки, успокаивает. Улыбается дочери так искренне... Мне становится плохо от этой картины. Вряд ли я когда-то буду мамой...

— Дело твое, Ален. Я просто пришла поговорить и предупредить, что уезжаю. За меня волноваться не стоит. Деньги у меня есть, работу найду, — подхожу к молодой маме, обнимаю ее. Поцеловав в макушку малышку, забираю свою сумку и направляюсь в коридор.

Алена идёт за мной, ни слова не выговаривает.

— Созвонимся.

— Обещаешь? — будто прочитав мои мысли, уточняет подруга. Я лишь киваю и быстро выхожу из дома. Потому что опять я готова реветь.