Но отец настроен так, что его, походу, не смягчить.

Плюхаюсь на диван пятой точкой, смотрю на фотографии любимого, которые сделала позавчера в его кабинете. Я — на его коленях, он — уткнувшись в мою шею носом. Такая трогательная картина, что тепло по телу разливается. Становится жарко.

— Немедленно хочу его! — говорю на полном серьезе самой себе.

— Эта ненормальная снова со стенами разговаривает, — доносится голос Софи. Ленка заходит следом за ней. — Кирилл у себя, если что, Лиз, — ведет подбородком в сторону двери, издевательски усмехаясь.

— Ты будто нормальная, — пожимаю плечами. — И ты, и твой, кхм... Он тоже безбашенный.

— Ну я же ведь не отрицаю, — подкалывает меня снова.

Каждый раз говорит о своем сводном мерзавце так, будто он пупом земли является. Крутой какой-то паренек, который один-единственный на этом свете. И он достался ей. Никто не забыл, как он поступил с Аленой и Ромой, между прочим!

Решаю не зацикливаться на этой теме. Да и зла я на отца. Зачем на девчонках отыгрываться? Они-то тут при чем?

Без лишних слов выхожу наружу, иду прямиком в кабинет Бессмертного. Без стука захожу внутрь. Он стоит ко мне спиной у окна и разговаривает по телефону. При виде меня кивает на диван, мол, садись. Что и делаю я.

— Паршивец, — шепчу, закатывая глаза, когда Кир садится рядом. Он одним резким движением поднимает меня и усаживает на свои колени. — Ты оставил меня одну!

— А ты хотела, чтобы твой отец нас вместе застукал? — он утыкается в мою шею носом, вздыхает. Любит так делать! Рукой гладит спину, скользит вверх вниз. — Я уже успел соскучиться, — хриплый шепот прямо в губы."

"Обвиваю его шею руками, прижимаюсь еще плотнее. Закрываю на секунду глаза, чтобы собрать волю в кулак и... Признаться. Сказать все как есть. И придумать что-нибудь вместе...

— Кир...

— М-м-м...

— Нужно поговорить. Потом займемся нежнятиной. Выслушай меня.

Обхватываю его голову руками. Заглядываю в глаза парня и теряю дар речи. Там столько всего... Мне так хочется все выложить, но и страшно... Безумно страшно, что он вытворит что-то непоправимое.

— Твой отец подставил моего, — шепчу в его губы. — Кажется, сильно подставил, потому что мой папа в бешенстве. Он меня замуж выдает, Кир...

— Чего?! — удивляется он настолько сильно, что неосознанно хватка на моем бедре усиливается. До боли впивается пальцами в кожу, от чего я постанываю.

— Кир... Мне больно, — говорю.

Его будто током от моих слов прошибает. Резко отпускает и встряхивает головой.

— Прости... Ты сейчас серьезно? — шокированный взгляд в глаза. — В неадекватность своего отца я верю без сомнений. А теперь понимаю, что они с твоим — отличная пара, — цедит сквозь зубы, покачивая головой.

Кирилл гладит то место, в которое только что впивался пальцами.