Но убийцы не было. А по набережной шуршали шинами машины. Движение редкое, но вряд ли преступник пытался остановить автомобиль. Наверняка его поджидала машина.

Обратно к месту Богдан возвращался тем же путем в надежде, что он всего лишь разминулся с убийцей. Мало ли, вдруг преступник застрял на какой-то аллее парка… Но нет, никто не попался ему на пути. Более того, машины, которая преградила киллеру путь, он не обнаружил. Уехал «жигуленок», освободив проход."

"Неподалеку от места, где стояла эта машина, светил фонарь. Богдан не поленился, глянул себе под ноги. «Жигуль» подъезжал к проходу по бетонному тротуару, окаймленному бордюром, но преступник, перескочив через машину, спрыгнул на газон.

Богдан помнил, в какую сторону махнул обиженный водитель, и где машина стояла, он тоже знал. Он примерно рассчитал, куда спрыгнул преступник. Земля здесь перекопана на зиму, днем шел дождь, поэтому остался четкий след от кроссовки. Размер примерно сороковой. А чуть в стороне тускло блестела женская заколка из черной пластмассы. Заколка новая, металлические части без следов коррозии. Грязь на ней только в том месте, где она соприкасалась с землей, а так она чистая, без напыления, как это бывает у предметов, которые подолгу лежат на улице. И еще она сухая. Значит, упал этот предмет совсем недавно. Возможно, заколка слетела с преступника, когда тот перепрыгивал через капот машины. Но тогда выходит, что киллер – женщина. Да и относительно небольшой размер ноги наводил на те же мысли. Хотя сороковой размер очень часто встречается и у мужчин. Вот если бы тридцать восьмой… Впрочем, с размером Богдан мог ошибиться. Вдруг и правда тридцать восьмой…

Он аккуратно завернул заколку в чистый носовой платок, сунул в карман и направился к месту преступления.

Богдан думал, что прошло достаточно много времени с тех пор, как он бросился в погоню. По идее, уже должна была прибыть оперативно-следственная группа, тем более что до РОВД рукой подать. Но на месте происшествия стояла только «канарейка» и два незнакомых милиционера возле нее. А еще среди других зевак Богдан увидел женщину в пальто поверх ночной рубаки. И она тоже посмотрела на него.

– Вот он стрелял, держите его! – показав на него пальцем, истошно крикнула она.

Один постовой шагнул к Богдану, сдергивая с плеча автомат.

– Спокойно, сержант! Лейтенант Городовой!

Парень этот видел Богдана впервые, но знал его по фамилии. Поэтому в нерешительности остановился.

– Он стрелял, я видела! – не унималась женщина.

И сержант снова вскинул автомат. А его напарник достал пистолет.

– Я с пистолетом стоял, когда вы вышли, гражданка, – зло посмотрел на нее Богдан.

Правду из таких дур, как эта, клещами не вытянешь, а ложь из них сама фонтаном бьет.

– Да, с пистолетом, – кивнула она.