Эти два дома и образовывали сам двор, который замыкало третье четырехподъездное строение. С одним своим собратом этот дом смыкался вплотную, а между ним и другим зданием имелся зазор, в который свободно проходил пешеход. Туда, скорее всего, и подался беглец.

Из подъезда вышла грузная женщина в пальто поверх ночной рубашки. Увидев Богдана, она испуганно шарахнулась назад. Не трудно было догадаться, о чем она подумала. Труп, а рядом с ним человек, в руке у которого можно было разглядеть пистолет… Но Богдану некогда было объясняться с ней. Он побежал по следу преступника.

Действительно, в проход между домами нельзя было проехать на машине. Но, похоже, кто-то хотел убедиться в этом на личном опыте. «Жигули» стояли к проходу передом, перекрывая его. Казалось, водитель остановился в самый последний момент перед столкновением.

Возможно, эта машина ждала убийцу. Но почему она тогда не уезжает? Почему водитель пальцами гладит капот и матерится? Девчонка симпатичная рядом с ним стоит. Светло-русые волосы распущены, помада на губах размазана, как это может быть у женщины, которая долго и азартно целовалась.

– Э-эй, стой! – заметив Богдана, крикнул парень.

Но, заметив пистолет у него в руке, схватился за голову.

– Куда он побежал?

Парень в отчаянии махнул рукой вправо.

– На капот, гад, прыгнул! Вмятина там!

Машина перекрыла проход, и у преступника просто не было иного выхода, как перепрыгнуть через нее. Поскольку крыльев у него не было, то бесконтактный прыжок не получился. Он прыгнул на капот с ногами, поэтому и осталась вмятина. Богдан же сначала сел на него, затем лег на спину, перебрасывая ноги. Водителю не понравилось и это, но ведь он сам виноват в том, что так неудобно поставил машину.

– Оставайся здесь! – потребовал Богдан.

Но на всякий случай глянул на номер машины, сфотографировал его глазами. Возможно, парень сумел разглядеть лицо убийцы.

Он побежал в указанном направлении по тротуарной дорожке, которая привела его к забору из металлических прутьев, ограждающему городской парк. Но лезть через верх не пришлось: два прута в заборе были выпилены, и в этот зазор запросто мог втиснуться даже в меру упитанный человек. Крупному толстяку пришлось бы туго, как Винни-Пуху, когда он с полным брюхом выбирался из норы Кролика.

Но преступник не мог быть чрезмерно упитанным человеком хотя бы потому, что люди с переизбытком лишнего веса плохо бегают. А ему пришлось пересечь весь парк, чтобы выбраться на набережную.

Парк безлюдный, со множеством аллей, и непонятно, на какую дорожку мог свернуть убийца. Богдан сам выбирал направление. Он пробежал не меньше двух километров, но так никого и не нагнал. Утешало только одно – курс был взят правильно, об этом свидетельствовала дыра в заборе, на которую он вышел.