Раймонд размахнулся и плеснул вином на стену. Брызги полетели во все стороны, и лицо француза покрылось рубиновыми каплями.

— Варвар! — возопил он. — Английский варвар! — И с размаху пнул стену ногой. — Вот тебе, вот!

— Осторожней! — предупредил Раймонд.

Но Папиоль уже вошел в раж. Он танцевал французский крестьянский танец, вовсю пиная стену ногами.

— Вот вашей стене, вот! Еще один удар, и она развалится на кусочки.

— Ах так? Так я покажу вам!

Раймонд закряхтел и поднял свой подарок.

— Не нужно, милорд, — перепугался Папиоль. — Ради Бога!

Раймонд свирепо оскалился и с размаху опустил камень с медведем на самую низкую часть стены.

— Вы подвергаете жизнь ее величества опасности! — взмолился Папиоль.

Вид у него был такой испуганный, что Джулиана взглянула на стену с опаской. Все придворные, все слуги затаили дыхание.

Но стена стояла крепко.

Раздались смешки, облегченные вздохи.

Раймонд стоял, уперев руки в бока, и самодовольно улыбался.

— Милорд, уверяю вас, эта стена скоро развалится, — сказал побледневший Папиоль. — Фундамент никуда не годится, раствор негодный, отвес неправильный…

От стены отвалился небольшой камень.

— Без хорошего фундамента… — продолжил было Папиоль, но замолчал, в ужасе глядя на стену.

Еще один камень упал, потом еще и еще. Джулиана попятилась.

— Раймонд, отойди оттуда! — крикнула королева.

— И не подумаю. Эта стена прочна и надежна.

Папиоль заверещал:

— Осторожно, милорд!

Он с разбега толкнул Раймонда, и оба покатились по склону."

"В следующую секунду камень с медведем, а вслед за ним и остальные камни обрушились. Остаток стены немного покачался и стал разваливаться на глазах. Придворные отчаянно закричали.

Раймонд подхватил одной рукой Джулиану, другой Папиоля и со всех ног припустил вниз по склону. А камни стены, еще недавно высившейся столь незыблемо, падали один за другим. Рухнул верхний ряд, потом следующий, потом следующий, и так до самого основания. Королева и ее двор отбежали на безопасное расстояние.

Когда облако пыли осело, от стены осталась лишь груда обломков. Зрители молчали, потрясенные. Потом Файетт жалобно пропищала:

— Я же говорила, Яблочному Человечку это не понравится.

Раймонд же в растерянности смотрел на жалкие остатки его надежной, крепкой, прекрасной стены.

Столько труда, столько сил, столько затрат — и все попусту. А ведь он обещал сделать замок Джулианы неприступным.

Как же смотреть ей в глаза? Бежать от сарацинов, сражаться с врагами, осаждать крепости, сидеть на цепи — все это было сущей ерундой по сравнению с новым испытанием, которое ему теперь предстояло вынести.

Джулиана ошеломленно взирала на груду камней, оставшихся от стены.