А вопрос, не надоело ли Каяну носить меня на руках, как никогда актуален…

29. Всё запуталось ещё сильнее

Я уже не удивлялась. Поняла лишь, что Каяну Карнэли бесполезно что-то говорить, он не слышит, но и не просит помолчать. В принципе, я сколько угодно могу надрывать голосовые связки, о чём-то его просить, что-то доказывать, он всё равно сделать по-своему. Так как считает нужным. А что он считает нужным, вообще непонятно. Мне сложно представить, что у этого некроманта творится в голове. Какими мыслями она забита и есть ли там мысли вообще.

Каян снова принёс меня в душевую.

Нет, я не против, сама хотела. Но почему он это делает? Сначала тонко… подшучивает, назовём это так, а потом на руках носит и первую помощь оказывает. Он просто… Давно, я таких эмоций не испытывала. Таких ярких!.. чтобы хотелось человека ударить. Просто взять и ударить. И я знаю, чем вызваны такие желания… Невозмутимостью Каяна. Точно. Всё дело в ней.

Некромант бережно поставил меня на ноги, поправил мою блузку за воротничок и приказал:

— Иди в душ, я всё принесу.

Что-то мне это напоминает. Кажется, это мы уже проходили.

— И сумку твою заберу.

Спасительница, — насмешливо добавил он и вышел, плотно прикрыв за собой перекошенную дверь.

Вздохнула, потирая лоб, и начала раздеваться. Дальше всё происходило по знакомому развитию событий. Почти…

Каян принёс одежду, просунул руку в кабину и подал полотенце, в которое я замоталась и вышла.

— И чего стоим? — не поняла я, увидев некроманта рядом со скамьёй.

— Хочу убедиться, что ты не свалишься в обморок, — ровно отозвался он, отлепляясь от стены. Подошёл ближе, взял мою голову за подбородок и повернул сначала в одну сторону затем в другую.

— Ничего, что из одежды на мне только полотенце? — интересуюсь между прочим, гадая, что некромант от меня хочет.

— Тебя это смущает? — отпуская мой подбородок, спросил он."

"— Не очень-то. Но это неприлично, — произнесла ровно, глядя в спокойные, безмятежные зелёные глаза.

Каян немного отошёл, позволяя мне сделать вдох, и забирая с собой морозный аромат свежести, которым он вечно окутан.

— Так это правда? Мне лишь сказали, что ты в лазарете… — будто оправдываясь за свои прошлые слова, произнёс он.

— Правда что? Ты о чём? — переспросила устало, переминаясь с ноги на ноги.

Холодно… кожа стала покрываться мурашками. Ступни заледенели.

— Ты замёрзла, — нахмурился Каян и направился к выходу. — Одевайся. Жду у двери.

— Не надо меня ждать! — выкрикнула, но меня уже никто не слушал. Впрочем, как обычно.

Насухо вытерлась, удивиляясь в очередной раз, что Каян притащил моё бельё, и попыталась представить, как он рылся в моём ящике, выбирая.

«Какое же взять? Красные? Или всё же чёрные? Какие ей подойдут больше?..»

Потрясла головой и поторопилась.