Однако мое одиночество кое-кому не по вкусу. Я не сразу замечаю белый автомобиль и девушку, открывшую дверь «форда» и направившуюся ко мне. Ту самую брюнетку с хвостом, о которой спрашивал Зайцев. Знакомую из «Мараканы».

Она подходит и останавливается передо мной, какое-то время просто стоит, затем просит сигарету, и мне приходится встать, чтобы помочь ей подкурить.

Сегодня ее волосы распущены, а на лице нет улыбки. Впрочем, на моем тоже. От девушки пахнет парфюмом, но это не тот запах, который хочется вдохнуть и запомнить. Не тот, и я глубже затягиваюсь сигаретой, чтобы с тихой досадой выпустить дым.

– Привет, Андрей. Что-то ты совсем меня забыл. Не приезжаешь, не звонишь. Пришлось вот самой приехать узнать, жив ли ты. А ведь договаривались встретиться.

– Здравствуй, Инна. Как видишь – жив. Я не обещал, что получится.

Брови девушки приподнимаются.

– У тебя что, Шибуев, траур? Ты какой-то печальный.

– Почему? Нет.

Она растерянно хмыкает.

– Странно. Сам на себя не похож. Поздоровался официально – «здравствуй, Инна». Еще бы отчество вспомнил. Ты называл меня как угодно, но никогда по имени. Если честно, меня это жутко бесило. Вот и хочу узнать, что случилось?

– Ничего не случилось, Инна. Я просто не знаю твоего отчества.

Брюнетка поправляет на плече сумочку, улыбаясь смелее.

– Ну, при желании это легко исправить.

– Как, например?

– Например, узнать меня лучше. Каждому человеку есть чем удивить другого.

Я смотрю на нее, вспоминая наши встречи. Их было немного, но достаточно, чтобы девушка решилась сюда приехать. Снова затягиваюсь сигаретой, выдержав паузу, прежде чем ответить.

– Может быть, только зачем?

Инка отходит, бросает сигарету в урну, поднимает голову и смотрит на окна моей квартиры. Она знает, что в выходные я всегда возвращаюсь сюда. Даже если ухожу на дежурство.

– Странно, – говорит, удивляясь. – Ты сидишь у подъезда один. А дома никого?

– Никого.

Она спрашивает о другой возможной женщине, и ответ ее ободряет, иначе бы она сюда не приехала.

– Так, может, пригласишь девушку на чай? Посидим вместе, поговорим. Поздно уже, Андрей. Да и ты наверняка выпил. А я соскучилась.

Я выпил, но чувствую себя достаточно трезвым, чтобы разделить с ней ночь, и она это понимает. Возвращается, на этот раз подступает ближе, заглядывая в глаза.

Я думаю. Долго. Представляю, как буду ее раздевать, вжимать в свое тело, чувствовать на себе ее губы и вдыхать запах кожи. Запах чужой женщины, не моей, а от этого удушливо-раздражающий. Почти незнакомки.

Физиология подсказывает, что можно обойтись малым и свести все до пары минут. Разве не за этим она пришла? Мы с самого начала понимали, чего хотим друг от друга. Она всегда знала, что не единственная.

Я докуриваю до фильтра и метко посылаю сигарету в урну.