— А как же твоя карьера, Тимур? Скандальная разборка с бывшей женой, манипуляции ребенком… Будем перебирать грязное белье в прямом эфире? Думаю, супругу самого Тимура Викторович Мантурова с радостью пригласят к Малахову.

Что же, моя жена научилась быть опасной.

— Геля, развод сейчас и так навредит моей карьере, поэтому бояться мне нечего. Стопов у меня не будет. А с Малаховым и с Костей Эрнстом я знаком лично. Уверен, они поймут меня, раскаявшегося отца.

Тихий развод можно было бы устроить, но я не один метил высоко — конкуренты не дремлют. Грязи может вылезти столько, что с головой накроет.

Сейчас ситуация тоже не ахти, но возродившаяся семья лучше разрушенной. Но все это мелочи по сравнению с банальным — не хочу. Просто не хочу разводиться. Эту новую Ангелину Мантурову я не знал. Возможно, мы не уживемся. Возможно, между нами не осталось ничего, что можно спасти или возродить. Но я смотрел на нее и понимал, что не желаю отпускать. Эта женщина была моей. Она родила мне сына. Крепкого и здорового пацана. А я просрал все. Даже себе объяснить сложно, как так вышло. Я был не готов к испытаниям и малодушно вычеркнул их из жизни. Я был не прав. Я виноват. Просто пока не знал, как грамотно разрулить ситуацию. Начать просить прощения сейчас — дать жене ружье, которым она отстрелит мне яйца. Чувство вины — мощная штука, а Ангелина стала слишком непредсказуемо жестокой: она обязательно использует мое покаяние против меня. Мне с ней всегда было легко: она у меня за спиной, поддержка и опора, на моей стороне в любой ситуации. Никто в меня не верил так, как она. Мы обязательно поговорим честно и откровенно, но пока я не готов. Слов не подобрал… Сможет ли Ангелина понять? А простить? Возможно, сможет забыть и оставить прошлое в прошлом? Посмотрим, поживем и увидим. Вместе поживем.

— Наша история слишком однозначна. Ты не сможешь вывернуть факты в свою пользу, — воинственно сложила руки на груди.

— Геля, — чуть улыбнулся. В чем-то она осталась прежней: максималистка-идеалистка. Даже странно, что за пять лет брака со мной на Ангелину не налипла никакая грязь, — ты забыла, что мужчине в нашем обществе прощают многое, а вот женщине стоит один раз оступиться и все… Твои соседи наверняка смотрят парашу по первому и второму каналу: они будут обсуждать тебя, нашего сына, твоих родителей, тыкать пальцем.

Уверен, найдутся завистники, которые скажут, что ты плохая мать: с бритым мужиком на байке катаешься, выпиваешь и вообще ребенок живет в постоянной опасности.

— Ты мне угрожаешь?! — пухлые губы сжались в тонкую линию, глаза лихорадочно горят.

— Ни я, — примирительно поднял руки, — просто объясняю, как может случится. Я знаю, что такое СМИ. Они утопят нас обоих: сначала меня, потом тебя.

— Ты мерзавец, Мантуров. Законченный и циничный.