Основной бассейн накрыли деревянным полотном.

Егор на ходу скидывал шорты и бежал к подружке: на меня даже не оглянулся! Я махнула рукой и пошла с хозяйкой контролировать рабочих: проект почти закончен, я буду скучать по Алене и ее семье.

— Довольна? — спросила, осматривая последнюю комнату.

— Очень. Геля, ты волшебница! — мы обнялись по-дружески. — Пойдем отмечать!

— Неудобно как-то.

Ребенок — понятно, но я работала на этих людей. Очень обеспеченных и влиятельных в столице, кстати, но удивительно приятных и добродушных.

— Да брось ты! — взяла меня под руку и повела во внутренний двор.

Еще на подходе услышала звонкий детский смех, а, оказавшись в водной зоне, сама чуть не рассмеялась: дети затащили серьезного и брутального хозяина дома в маленький лягушатник и обливали ведерками воды. Даже более взрослые дети подхватили забаву малышни. Сердце по-доброму екнуло и сжалось. Со спины Дима Небесный был очень похож на Тимура. Можно даже представить, как бы бывший муж играл с нашим сыном.

— Какой крепкий парень. Папка твой гордится, наверное! — услышала, как Дима хвалит Егора.

— Дима… — Алена шикнула. Она знала, что я одна воспитывала сына.

Муж бросил на нее непонимающий взгляд, но объяснения взрослых не понадобились. Сын сам ответил.

— У мя тока мамя, — спокойно произнес. Он еще маленький, чтобы задавать вопросы и печалиться из-за неполной семьи. Этот момент, вероятно, наступит, но позже. В этом плане развод, когда ребенок все понимал, хуже, чем такой, как со мной случился. Сын просто не знал, что такое папа. И совершенно не думал и не скучал о нем. — И деда с бабой! — это уже с гордостью.

Родители помогали, это верно. Мне повезло с тылами. Ведь бывали матери, которые гонят к мужьям, несмотря ни на что.

Тем более к обеспеченным. Моя, слава богу, меня любила больше, чем пеклась о мнении сплетников: мужа профукала и в подоле принесла!

— А у мя есть папа. Воть он, — Ксюша указала на отца. — А есё сеста Катя и бат Килка. Бабуска еще, — перечисляла малышка, а Егор слушал, серьезный такой, пальцы даже загибал, у кого родни больше.

— Мамя, а посему у Ксюси есть папя, а у меня неть? — на меня перевел поразительно осмысленный пытливый взгляд. Именно в такие моменты я буквально задыхаться начинала. Тимур. Его точная маленькая копия.

"

"— Сынок… — замялась, при свидетелях не хотелось объяснять столь деликатную тему.

— Голодные? — вступила в разговор няня. Дети хором закричали, что хотят вкусненького. Пронесло. Пока.

— Извини, — начала Алена, когда легли в шезлонги, — Дима не знал. Я не говорила.

— Ничего, рано или поздно, но Егор спросил бы.

— Знаешь, у нас с мужем тоже не сразу все гладко стало: у меня была уже Катя, когда стали любовниками. Потом я забеременела, а он женился на другой. Я не сказала. Мы три года потеряли.