Он зарывается пальцами в волосы и принимаемся мерять зал шагами. Так, словно при помощи ходьбы пытается справиться с потрясением от услышанного.

– Но почему? Почему ты столько времени об этом молчала?

– Не хотела ворошить прошлое, – пожимаю плечами. – Я вычеркнула его из жизни. Думала, что навсегда.

– Но что-то пошло не так, верно? – спрашивает зло.

– Да, он снова объявился. И помог Даньке. Тот таинственный благотворитель и есть Вавилов.

– Обалдеть! – выдыхает натужно. – Ну и Санта-барабара у вас тут!

– Вить, извини… Я знаю, что все слишком запутано…

– Запутано? Да не то слово! – он негодует. – Ты столько времени водила меня за нос, Лина! Дарила надежду, что между нами все возможно! А сама втихаря любила этого своего Вавилова!

– Это не совсем так…

– Но он же тебя бросил, Лина! Ты воспитывала Даньку сама. Тащила на себе все тяготы и невзгоды! А теперь твой босс снова нарисовался! Чего он хочет? Семьи? – испытующий взгляд Светлакова вспарывает кожу. – Ты хоть понимаешь, во что ввязываешься? Один раз он уже обманул твое доверие, что мешает сделать это вновь?

Его слова ранят в самое сердце, но мне нечего возразить. Нечем обороняться. Потому что Виталий прав. Я дура. Наивная дура. На что надеюсь? Непонятно.

Это еще Светлаков не знает, что Александр женат. А иначе б непременно решил, что я тронулась умом. А, может, я и правда тронулась? Отталкиваю хорошего порядочного мужчину ради человека, который, вероятней всего, никогда не станет моим.

Да, у нас общий ребенок, но что это меняет? Он принц, женатый на принцессе. А я глупая простушка, которая возомнила черт знает что. Заблудилась в фантазиях. Заплутала в желаниях, которым не суждено стать явью.

– Твой гнев вполне обоснован, – испускаю тяжелый вздох. – Ты кругом прав и заслуживаешь женщины, которая будет безраздельно принадлежать тебе. Поэтому еще раз прости. За то, что подвела. За то, что потратила твое время.

Мне тяжело даются эти слова, но я чувствую, что должна их произнести. Сидеть на двух стульях – в высшей степени эгоистично, и Виталий не заслуживает роли запасного варианта. Наверняка где-то есть девушка, для которой он сможет стать единственным. И мне не следует уподобляться собаке на сене.

А что касается моих противоречивых чувств, это не его забота. Я сама должна решить свой внутренний конфликт, и делать это ценой чужого счастья как минимум несправедливо.

– Ты уверена в том, что поступаешь правильно? – в его взгляде читается печаль.

– Нет, совсем нет, – горько усмехаюсь. – Но по-другому поступить я просто не могу.

Проглотив комок слез, подтупивших к горлу, бреду в коридор и одеваюсь. Виталий следует за мной, но разговор продолжить не пытается. Просто молча наблюдает за моими суетливыми сборами.