Лифчик расстегивает спереди, — Оглох, — с жадностью поглощая взглядом мою грудь, склоняется и ловит сначала один сосок губами, а потом второй. Всасывает в рот, ударяет по ним языком. Судорожно выдохнув, я опускаю веки, — Вообще потерял любую дееспособность рядом с другими, — мягкие губы скользят вниз к моим трусикам и гладят поверх резинки кожу, заставляя меня выгибаться от нетерпения, — не вижу никого и не слышу, кроме одной заразы, поедающей мой мозг чайной ложечкой, — улыбаясь, закатываю от удовольствия глаза, — уж кому-кому, а тебе о знакомых переживать вообще бессмысленно. Ибо соблазнить слепого и глухонемого не так-то просто.

Чувствую прикосновение мужских пальцев к низу моего живота и застываю. Мне немного щекотно и горячо одновременно. Саша подушечками гладит под пупком, а потом оставляет там несколько поцелуев.

Я закусываю губу, к глазам снова подбираются слезы. Знаю, эта нежность не мне, а пупсу, и от этого меня накрывает. Избавившись от кофты, тянусь руками и запускаю пальцы в короткие черные волосы.

Я так боялась его реакции, а оказалось зря.

Саша, избавляет меня от трусиков, снимает свои брюки с нижним бельем и снова нависает сверху.

Совсем по-особенному изучает мое лицо, а я не могу оторваться от него. От пушистых ресниц, широких бровей и идеально очерченных губ.

Зрительный контакт и молчание сейчас такие «говорящие», что я не в силах их перебить.

Погладив мои губы большим пальцем, он снова целует меня. Мягко, долго, купая в сумасшедшей тактильности, а потом растягивает меня собой и «любит».

Медленно, чувственно, поглаживая грудь, пропуская между пальцами напряженные соски. Обхватив за талию, переворачивает, оказываясь снизу.

— Трахай меня, малышка, — лениво положив ладони мне на бедра, подталкивает, направляя.

Я прикусываю губу и не могу сдержать стона.

Моя пантера наслаждается.

— Сегодня я веду? — в такой позе всегда всё намного острее и глубже.

— Мхм.

Но еще не побывав у врача, мне страшно делать резкие движения. Вдруг что… Я не знаю, как все работает в этом случае.

Поэтому мягко раскачиваясь, я упираюсь ладонями Саше в плечи. По телу распространяется ток, трещит электричество, концентрируясь между ног и стремительно увеличиваясь.

— Больно? — тормозит меня он, заметив, как я осторожничаю.

— Нет. Просто не знаю, что можно, а что — нет.

Саша тут же присаживается, удерживая меня за талию, перемещается к изголовью кровати и опирается на неё спиной.

— Так должно быть лучше.

Поймав мои губы, втягивает их в рот, играет, приподнимая меня и насаживая на себя в неторопливом ритме. Так и правда лучше. Мы сплетаемся руками и ногами, дышим друг другом. Саша — глубоко во мне, и не только физически, а вообще на всех уровнях.

Под кожей, бьётся вместо сердца.