И смех у нее сногсшибательный, грудной, женский, манящий. Давит на мое мужское естество так, что я снова радуюсь, что накрыт одеялом.

— Спите! — приказывает мне женщина, даже не позволяя повернуться к ней, чтобы насладиться ее красивым лицом, коленками, изящными линиями бедер.

— Ради тебя не то, что засну, а заминированное поле перейду два раза туда и обратно.

— Позёр! — усмехается Фима. — Мальчишка, ты даже не знаешь, о чем говоришь!

Девушка поворачивается ко мне спиной и уходит.

А я впервые за месяц по-настоящему радуюсь, что не отмазался от армии, как предлагали сестры.

Если бы я не пошел служить, не оказался от теплого местечка под Москвой, не отправился в Сибирь, не повредил ногу на учениях, то не встретил бы её — Серафиму.

Девушку с глазами цвета неба.

Глава 16

Полина

Приезжаем с Лешкой в торговый центр. Уже на парковке понимаю, что погорячилась, одев кожаные шорты. Я единственная и неповторимая, осмелившаяся в начале «раздеться». Тридцатидвухлетняя женщина в кощунственном наряде!

Стыдно!

Почему мне должно быть стыдно? Я не замужем, шорты куплены на собственные деньги, и я никому ничего не должна. К тому же весеннее солнце располагает к любви и хорошему настроению.

В зоне фудкорта выбираем кафешку.

— Бургеры или нормальная еда? — интересуюсь у мальчишки.

— Странная ты, бургеры — и есть нормальная еда, — поправляет меня.

— Лёш, я тебя умоляю! — театрально закатываю глаза. — Ладно, уговорил! — Заказываю жареную картошку и бургеры.

Я и фастфуд — уму непостижимо!

Похоже, это было в прошлой жизни.

Что я полюблю в новой жизни, пока точно не знаю. Нужно пробовать всё подряд.

Гулять, так гулять.

Жить, так на полную катушку.

Любить, так любить…

А вот кого?..

Информация уже наклевывается, но пока не хочу верить.

Может, отпустить себя, разрешить роман с соседом? Всё равно на большее он не годится. А так чего добру-то пропадать?

Несемейный человек, сразу видно. Для семьи не годится. Возиться с ним никто не будет.

Воспитывать взрослого мужика — такое себе удовольствие, даже для самой терпеливой женщины на свете.

А вот пуститься с ним во все тяжкие, заняв место его постоянной любовницы, я бы согласилась. При одном условии — предложение должно поступить от него!

Любовница полковника! — хорошо звучит. Высокий полет мысли, — одобряю сама себя и улыбаюсь как девчонка.

Смеюсь над собой, а самой хочется разреветься. Больно же на душе…

Должно быть больно, но отчего-то мне хорошо и легко. Ни угрызений совести, ни вины.

Если раньше я считала, что женщина — это жена, мать. И она не имеет права порочить себя громким званием «любовница», то сейчас в моем мозгу что-то сломалось.

Самое страшное — я не хочу это менять! Мне нравится.

Я хочу жить по-новому.