— Так я о кольце говорила, а тут одни комплекты, — не отрывая завороженный взгляд от украшений, сдавленно произнесла она.

— Юля, не вредничай, выбирай.

Смотрел на неё и понимал — ей нравилось всё.

— Слушай, я насчёт кольца несерьёзно говорила, так, чтобы тебя задеть немного.

— Считай, что задела, так что берём всё. Смотрю, у тебя серьёзная проблема с выбором.

— Марат, ты что совсем, что ли? Это же безумно дорого! — возмутилась она.

— Юля, дорогое — это ты, потому что тебя купить нельзя, и ты штучный экземпляр. А это всего лишь украшения, каких много — чувствуешь разницу?

Она не смогла скрыть улыбку, обошла стол, и подошла ко мне, села на колени и подарила свой первый поцелуй.

Раньше я её целовал, или она из вредности это делала, иногда я вынуждал… Но никогда вот так, как сейчас. Этот поцелуй был такой… сладкий, от него шла кругом голова. Девочка, что же ты со мной делаешь? Так дразнить нельзя, я же скоро свихнусь от перевозбуждения! Хотя ничего страшного, потерплю ещё день, а завтра наверстаю упущенное. И всё-таки баловать свою женщину очень выгодно, за такой взгляд и искреннюю улыбку, не говоря уже о поцелуе, я готов весь мир положить у её ног.

— Марат, ты меня балуешь, но не скажу, что мне неприятно, — это были её первые слова, когда наш поцелуй прекратился. Я только хотел ей ответить, что и мне чертовки приятно это делать, как мы услышали истошный крик Антона и жалобное «мяу». — Мелкий — это кот? — тут же смекнула моя.

— Ага, Алисе купил, пусть учится ответственности.

— Марат, не нужно строить из себя строго родителя, я знаю, что дочка котёнка хочет, — встав с моих колен, она направилась к двери, и тут же остановилась, — белый кот?

— Да, как снег.

— Марат, я тебе говорила, что обожаю тебя?

— Нет.

— Я тебя обожаю, — произнесла она и прежде, чем вышла проверить, что творится в приёмной, я ей ответил:

— А я люблю тебя.

Юля смутилась, и вышла. А я чуть слышно произнёс:

— И был бы счастлив, если бы ты сказала — люблю.

А что мне, собственно, мешает этого добиться? Я человек дела, если хочу услышать от неё «люблю», значит, так и будет. Так что пора действовать. Я молча встал, направился к шкафу — в нем за потайной стенкой скрытый сейф.

Если я решил добиться от Юли любви, то принуждению и шантажу места нет, так что пора ей отдать договор — пусть делает с ним, что хочет. Заодно и брачный договор возьму, чтобы поставить на нём дату нашей регистрации. Надеюсь, нам ничего не помешает расписаться сегодня.

Не успел я закрыть дверку шкафа, как услышал настороженный голос Юли. Повернулся, а она с нескрываемым интересом смотрит на документы в моих руках. Я мысленно обрадовался, что успел закрыть стенку, которая скрывает от посторонних глаз сейф.