– Рад вас видеть!

– Мистер Сент-Клер! Я так рада, что вы смогли прийти.

– Я никак не мог пропустить такое представление.

– А вы, мисс Бриджертон? – Леди Плейнсуорт явно хотелось посплетничать. – Это вас я должна благодарить зато, что к нам пришел мистер Сент-Клер?

– Думаю, в этом виновата его бабушка. Она пригрозила ему своей тростью.

Леди Плейнсуорт не знала, как ей на это реагировать, поэтому снова обернулась к Гарету.

– Вы знакомы с моей дочерью?

Гарету удалось не скривиться. Именно из-за таких вопросов он избегал светские сборища.

– Э... нет. Я еще не имел удовольствия.

– Она была пастушкой, – подсказала леди Плейнсуорт.

Гарет кивнул.

– И единорогом?

– Да, – немного смутилась леди Плейнсуорт. – Но эта моя дочь еще слишком мала.

– Я уверена, что мистер Сент-Клер придет в восторг от знакомства с Гарриет, – вмешалась в разговор Гиацинта. – С пастушкой, – уточнила она.

– О да! Буду рад.

Гиацинта невинно улыбнулась леди Плейнсуорт.

– Мистер Сент-Клер прекрасно разбирается во всем, что касается пастушек.

– Куда это запропастилась моя трость? – пробормотал Гарет.

– Прошу прощения? – не расслышала леди Плейнсуорт.

– Для меня большая честь быть представленным вашей замечательной дочери. – В данной ситуации это было единственным приемлемым заявлением.

– Превосходно! – воскликнула леди Плейнсуорт и захлопала в ладоши. – Она так обрадуется!

– Не расстраивайтесь так, – сказала Гиацинта, когда они остались вдвоем. – Вы ведь ценный приз.

– Разве о таких вещах говорят так откровенно? Гиацинта пожала плечами.

– Говорят, но не мужчинам, если хотят произвести на них впечатление.

– Ваша взяла, мисс Бриджертон.

– Это мои любимые слова. Он в этом не сомневался.

– Скажите, мисс Бриджертон, вы уже начали читать дневник моей бабушки?"

"– Я удивлена, что вы не спросили об этом раньше.

– Меня отвлекла пастушка, только не говорите об этом ее матери. Она наверняка все поймет неправильно.

– Таковы все матери, – Гиацинта, оглядывая зал.

– Вы кого-то ищете?

– Хм-м... Нет, просто смотрю.

– На кого?

Она удивленно повернулась к нему.

– Ни на кого в особенности. Разве вам не интересно, что происходит вокруг вас?

– Только если это имеет прямое отношение ко мне.

– Правда? А мне нравится знать все.

– Я так и думал. И что вы узнали из дневника?

– Ах да, – сказала она, расцветая у него на глазах. Это, возможно, было слишком громко сказано, но Гиацинта Бриджертон буквально начинала искриться, когда у нее появлялась возможность говорить уверенно. И Гарет странным образом находил это обворожительным.

– Я прочла только двенадцать страниц. Моей матери потребовалась помощь в разборке утренней корреспонденции, и у меня осталось мало времени на дневник. Я ей не сказала об этом, между прочим.