До такой степени, что нутро скручивало, и дикие мысли лезли в голову.

Почему же дикие…

Мила негромко выдохнула, а потом начала опускаться на колени. На лице мужчины не дрогнул ни один мускул. Лишь в глазах полыхнуло пламя.

Видеть её на коленях – дорогого стоит.

Склоненная голова, покорность, от которой бросало и в жар, и в холод одновременно. Нечто агрессивное поднялось в Глебе, но он пока тормозил себя.

Мила, по-прежнему ничего не говоря, не смотря на него, подняла руку и дотронулась до его бедра. У Глеба дернулся кадык. Тааак… Дальше?

Дальше её рука устремилась слегка вправо, но ширинку не накрыла. Испугалась? Глеб прищурился. Пальцы добрались до ремня, тронули пуговицу.

Мила не могла не заметить его возбуждение. Уже не маленькая, всё понимает. И продолжает действовать, зная о последствиях.

Что ж…"

"Её тонкие пальчики с розовым маникюром подрагивали. Нервничает, но упрямо продолжает идти к цели, не подозревая, какие эмоции вызывает в нем своей покорностью и нежностью. Ходит по грани, играя с огнем. И не факт, что не нарвется.

Сегодня.

Ремень поддавался ей с трудом. Кое-как вытащила его из шлевок и взялась за замок. Вот тут и замерла, растеряв решительность. Он смотрел на неё, не отрываясь. На красивые плечи, слегка прикрытые кружевом, на нереально соблазнительную ложбинку груди, что сверху открывалась в полной красе.

У Милы получалось плохо. Вернее, отвратно, и она это поняла. Потому что задрала лицо и выдавила из себя улыбку.

- Поможешь? – спросила тихо-тихо.

Глеб сжал зубы с такой силой, что раздался едва слышный скрежет. Он медленно поднял руку и положил её на затылок Милы.

А потом с силой сжал волосы, ту самую «дульку», из-за которой у него участилось сердцебиение.

- Принцесса, если ты встала на колени перед мужиком, будь готова к тому, что тебе вгонят по самое горло. Ты к этому готова? – прорычал он, оттягивая назад ей голову и заглядывая в глаза, что увеличивались по мере того, как смысл сказанного доходил до Милы.

Она приоткрыла губы, слегка поморщившись от тугого захвата, из которого он не спешил её выпускать.

- Не готова. А я хочу. До чертиков. До ломоты в яйцах. А ты меня провоцируешь? Что за жертвенность? Что тебе наговорил Марк, что ты собралась встать на колени, а, Милослава? Я ведь могу и воспользоваться приглашением! А, к черту!

Глеб сорвался.

Резко поменял положение и, схватив Милу за плечи, поставил её на ноги. Девушка охнула. Действовал Глеб быстро. Ещё одно движение - и пеньюар распахивается, обнажая красоту молодого тела.

- Глеб, - выдохнула Мила и собралась, было, податься назад, но он не позволил, перехватив её за талию, как и думал минутой ранее.

- Что?

Его тон не предвещал ничего хорошего. Он себя знал. Если бы и Мила знала больше, то и она насторожилась бы.