Но лишь сильнее прижималась ко мне.

— Я хочу, — сказала она, прекратив, наконец, поцелуй.

— Прямо здесь?

— Да! Тут нет камер? — она огляделась.

Ближайшая камера оказалась рядом фонарном столбе.

— Там, кажется, нет, — указал я вглубь парка.

— Пошли! — Вероника потащила меня за руку прямиком через лес.

Когда оказались среди деревьев, она снова прильнула ко мне, и мы опять начали целоваться. Я прижал Веронику к дереву и обеими руками схватил за задницу, обтянутую эластичной тканью платья. Мои пальцы впивались в её мягкое тело, и мне казалось, что я кончу прямо сейчас.

— Так, погоди, — Вероника остановила меня, — надо как-то тут устроиться… Давай здесь.

Сюда почти не проникал свет фонарей, мы находились в кромешной тьме. Вероника постелила под деревом мой пиджак и уселась на него, я — рядом. Обхватил девушку за талию, и наш долгий поцелуй продолжился. Повалил её на землю.

— Чёрт, тут ветка, — Вероника вытащила ветку и отбросила в сторону. — Куда ваши садовники смотрят?

— Давай, лучше сюда в сторону.

— Да, так лучше. Только причёску мне не помни.

Я принялся целовать Веронике шею, а рукой стал задирать её платье.

Вероника изо всех сил помогала мне и стягивала с себя трусы. Затем я стал расстёгивать свои брюки."

"Вероника взяла мой член и направила, куда надо. Она была там вся влажная, и я легко вошёл.

— Нормально?

— Ага, порядок… Не, погоди. Тут корни какие-то что ли?

— Так лучше? — я передвинул её в сторону.

— Ага, всё, не отвлекай, продолжай.

Она обхватила меня ногами. А я одной рукой облокотился на землю, второй продолжал мять девушке задницу, не прекращая двигаться.

Ногти Вероники впились мне в шею, она закрыла глаза и приоткрыла ротик.

Наши лица почти соприкасались, и в нос мне бил запах дорогих духов. Вероника извивалась подо мной и стонала всё громче и громче.

— Тихо ты. Услышат, — сказал я.

— И что? — прошептала она.

— С ума сошла? Тут дома рядом. Мало ли кто ходит? — я огляделся, но кажется, было тихо.

— Хорошо, не останавливайся только…

Чтобы Вероника гарантированно не издавала никаких звуков, я снова засосал её. Она закусила мою губу, видимо, на пике страсти. Я чуть не вскрикнул от боли.

— Что творишь? Не кусайся.

Вероника не ответила. На её смарте замигала лампочка — кто-то звонил, но девушка даже внимания не обратила.

— Ты всё? — спросила она, тяжело дыша, когда мы остановились.

— Ага, а ты? — я тоже запыхался.

— Да. Подожди, не вытаскивай. Надо вытереть чем-то.

— Травой? — я стал нащупывать растительность рядом.

— Ничего другого нет?

— Носовой платок есть и галстук, но их не дам, извини.

— Блин. Ладно, давай травой.

Освободившись, наконец, из объятий Вероники, я лёг рядом на спину, застёгивая штаны. Напряжение спало, стало легко и хорошо на душе.