— Что ты такой скучный? А, ладно, не хочешь, как хочешь. Пошли обратно. Эх, если бы не похороны, я бы точно покаталась. Сегодня такая погода хорошая — а я весь день на похоронах торчу. В следующие выходные дождь обещали. Блин, обидно так.

«Да вообще, не жизнь, а сплошные страдания», — подумал я скептически. Нет, всё-таки эти знатные отпрыски с жиру бесятся, пока другие умирают…

— А ты чем занимаешься? — решил спросить я.

— В лицее учусь, чем же ещё? Через месяц — экзамены, а потом — академия. Только родители пока не решили, в какую меня отправить: в новгородскую или в московскую.

Московская престижнее, но дед о москвичах плохо отзывался. Значит, наверное, в нашу отдадут. А я бы хотела в Москву. Там больше разных интересных мест и от родителей подальше. А ты здесь живёшь, в поместье? — Вероника снова перехватила инициативу в свои руки.

— Да, в доме для слуг, — я указал в направлении, где за деревьями пряталось здание.

— А девушка у тебя есть?

Этот вопрос показался неожиданным. Я даже не сразу ответил.

— Пока нет… Точнее, была, но мы расстались ещё до армии.

— Она тебя бросила, потому что в армию пошёл?

— Нет, там другое.

Характерами не сошлись.

— Бывает. А как ты в армии оказался? В нашей семье детей слуг и дружинников не отправляют в солдаты.

— В нашей — тоже, но, видимо, я — особенный.

— И чем же?

Я пожал плечами:

— Сам бы хотел знать.

— Прохладно что-то, — Вероника поёжилась, и вопросительно посмотрела на меня. Я снял пиджак и накинул ей на плечи.

— Так-то лучше, — она улыбнулась. — А ты вообще чем-нибудь увлекаешься? Музыку слушаешь? Какие у тебя любимые группы?

Мы пообщались немного по поводу музыки. Вероника слушала в основном иранских и частично индийских популярных исполнителей, но я подобным не интересовался, и имена, которые она называла, мне ни о чём не говорили.

А то, что слушал я, ей тоже было незнакомо.

За болтовнёй не заметили, как дошли до парка и углубились в чащу. Мощёная плиткой дорожка закончилась, началась грунтовая тропа.

— Далеко мы забрели, — сказал я. — Тебя семья ещё не ищет?

— Нужно будет, позвонят, — небрежно бросила Вероника. — А у нас почти так же, только дорожки все мощёные. А там что, беседка?

Мы пошли туда. Но до беседки так и не добрались. Вероника то ли подвернула каблук, то ли сделал вид.

Я еле успел подхватить её за талию. На несколько секунд мы застыли в таком положении. Наши глаза встретились.

— И долго мы так будем стоять? — спросила она.

— Э… прости, — я попытался отдёрнуть руку, но Вероника схватила мою ладонь, не позволив это сделать, а потом прижалась ко мне всем телом. Я понял, что она хочет, и коснулся своими губами её губ. В следующий миг язык её оказался в моём рту.

Я ощущал ужасное возбуждение, и Вероника не могла не чувствовать это… своим животом.