"

"Все что им нужно — моя подпись. Эмиль мной не рискнет, знаю. Но и я им тоже. Моя любовь сильнее всего, что есть — сильнее жизни и даже смерти. В последний момент, когда он готовился свернуть на соседнюю улицу, я бросилась вперед и вцепилась в руль.

— Остановись! — заорала я.

Руль выбило из руки, ладонь обожгло кожаной оплеткой. Машину занесло и меня швырнуло обратно — в руки второму телохранителю.

Крик оборвал резкий удар, волосы бросило вперед. Меня крепко обняли, закрывая собой. Кажется, в нас кто-то влетел, машина перевернулась и салон заполнил грохот. Нас окружил треск вминаемого металла, крики, кто-то сигналил — я совсем перестала ориентироваться.

Оборвалось все так же внезапно. Машина застыла, потрескивая корпусом, и я смогла приподнять голову.

Зрение стало мутным, в голове шумело. Кажется, меня оглушило, речь я слышала, но не понимала ее.

— Меня зажало! — слова я разобрала со второго раза.

Я выскользнула из объятий охранника, и выползла из машины. Опираясь на бампер, выпрямилась и огляделась. Проезжую часть перегородили разбитые авто — кроме нас, три или четыре. Меня рассматривали прохожие.

Я была первой, кто выбрался наружу и бросалась в глаза в ярком платье, с длинными волосами, на фоне черно-серой мешанины ДТП.

— Госпожа Кац!

Вслед за мной пытался выбраться телохранитель.

Я побежала к «Парусу». Всего один квартал — и я увижу мужа. Я не боялась встретиться с адом лицом к лицу, не боялась расправы. Все, что меня пугало — что его уведут, и в кабинете я никого не застану.

Глава 41

Оставалось войти в прозрачные двери с синим логотипом.

За ними — пустой длинный коридор. За ними моя жизнь, и моя погибель. Я толкнула створку, стремительно прошла до конца, игнорируя выкрик секретарши, и вошла в кабинет прежде, чем успела испугаться.

Эмиль стоял в центре — спиной ко мне. На широко расправленных плечах пиджак натянулся так сильно, что под тканью проступили очертания кобуры. Пистолет в руке, на ребре ладони — кровь. Он врезал Илье рукояткой пистолета до того, как я вошла.

Все, как я думала.

Илья сидел в кресле Эмиля, кровь из расквашенного носа стекла на подбородок и шею, но держится, как победитель. Выражение лица, поза — он будто наш босс.

Телефон с включенной громкой связью лежал в центре стола.

Рядом несколько бумаг, ручка, печати — документы на подпись.

Андрей не вмешивался, но резко обернулся, когда я вошла. Лицо приобрело экспрессивный вид, словно он хотел ругнуться матом. Начальник охраны оголил ствол.

Эмиль даже не взглянул на меня. Даже не обернулся.

— Я подпишу! — хрипло сказала я, и направилась к столу.

Я оперлась на стол и дрожащей рукой подобрала ручку. Поля для подписи еще пусты. Я оставила росчерки и сделала расшифровку — Дина Кац.