— Дина! — раздался резкий, как удар хлыста, голос Андрея. — Ты мне веришь? Я бы никогда так с тобой не поступил! Ни с кем вообще! Ты слышишь?

Надо очнуться. Выбросить уродские воспоминания из головы вместе с медальоном. Все, что случилось — осталось в прошлом навсегда. А я здесь. И я жива."

"Глава 37

У меня подогнулись ноги, и я рухнула в битые кирпичи, раня колени. Руки скользнули по телу Эмиля, я обхватила его ногу и уткнулась лбом в бедро. Меня сотрясали рыдания.

— Дина, — позвал Андрей. — Прости… Я не понимал, чего ты испугалась. Я бы помог.

Медальон звякнул об пол, когда он швырнул его.

— Ты хотел трахнуть мою жену.

Я подняла заплаканное лицо. Эмиль прицелился Андрею в грудь. Палец твердо лег на крючок и слегка притопил. Мой муж все взвесил. У него нельзя брать без разрешения — ни деньги, ни женщин.

— Ты, сука, сам мне это сказал, — голос немного хрипел, но был спокойным. — Она моя или ничья!

Андрей отступил, но не поднял оружия. Может, он не хотел стрелять, потому что я рядом с Эмилем. Но когда я взглянула ему в лицо, он выглядел уставшим и загнанным в угол.

— Хотел, — не стал юлить он. — Ты думаешь, я боюсь смерти, Эмиль? По правде говоря, мне нечего терять.

В тоне был пугающий фатализм.

Я привстала и потянулась вверх, гладя живот мужа. Ощутила, какими твердыми стали мышцы под сорочкой.

— Опусти, — попросила я. — Я твоя, Эмиль. Я всегда буду с тобой… Прости, это я виновата.

Голос упал до интимного шепота. Я успокаивала мужа, а сердце колотилось, словно я делала что-то запретное. Ведь действительно, это моя вина. Это я предложила сделку.

Я не хочу терять его. Не хочу стрельбы.

— Ну? Чего ждешь? — словно назло, Андрей усмехнулся. — Думаешь, одного тебя за яйца держат? И мне нравится работать на тех, кто выпустил мне кишки? Нравится убивать?! Ты дебил, Эмиль?

Последние слова он проорал с надломом в голосе. Кажется, нам всем сломали жизнь.

— У нас был договор! Я думал, ты встанешь на место Славика, войдешь в доверие! Поможешь мне! Со временем все бы получилось!..

Я смотрела на Эмиля: снизу он казался огромным. Горячая речь отрезвила его — он медлил. Да и по Андрею видно — на пределе. Взгляд был диковатым и потерянным, дыхание тяжелое после срыва.

— Чем тебя держат? — Эмиль быстро ухватил суть и опустил оружие. — Что у них, пушка?

— Нож… — выдохнул Андрей. От стресса лицо почти перестало его слушаться, рот сам собой приоткрылся.

— Видео?

— Да… — пробормотал Андрей, борясь с болезненным дыханием. — У Федорова на меня компромат… Он тварь жестокая, осторожный. Я много лет пытаюсь до него добраться.

— А ты крупная рыба, — усмехнулся Эмиль, и я поняла, о чем он.

Нас шантажировали местные. Оружие и записи Славик хранил у себя.