У него! Ко мне! После того, как именно он исчез. — Значит, ты беременна?

— Это не важно. И тебя не касается.

— Касается. Какой срок?

— Срок? За проникновение на частную собственность?

— Как давно ты залетела?

Меня словно ударили в солнечное сплетение. Одной грубой фразой. Залетела. Словно не он признавался мне в симпатии и не он говорил, какая я милая. Как ему нравятся ямочки на щеках…

Я влюбилась в него, нарушила все правила. А он…

Залетела.

Нижняя губа дрожит от обиды, боли. Ян почти что напрямую сказал, что это было ошибкой. Мой малыш, о которым я теперь постоянно думаю.

Встряхиваю головой. Вспоминаю, что я Авдеева, а мы не сдаемся. И Яну уступать я не намерена. Он не может бросать меня, а после возвращаться. Я не бумеранг!

— Два месяца, — говорю упрямо, пусть меня и трясёт от волнения. — Залетела два месяца назад. От своего жениха.

Я сжимаюсь, когда Ян рывком поднимается из-за стола. Медленно подступает, как хищник. А я ничего не могу с собой поделать. Завороженно слежу за каждым движением.

Это как яд, на самом деле. Восхищаться им и ненавидеть. Хотеть прикосновений и сбежать подальше. Я не понимаю, что происходит. И из-за этого сильнее разрываюсь на атомы.

— То есть, — мужчина усмехается, останавливаясь совсем близко. — Ты замуж собралась?

— Собралась. А нельзя?

— Пока у тебя живот похож на срок в четыре месяца — нельзя! Не держи меня за дурака, Сонь. Почему ты не сказала, что беременна?

— Сказала. Тому от кого жду ребёнка.

Хватаюсь за свою ложь, продолжаю гнуть эту линию. Мне просто нельзя признаваться. Избавлюсь от Яна и буду пытать отца, что здесь происходило. Но пока кажется, что Ян знал о моем положении и примчался.

Спасать или убеждать решить проблему мирно?"

"— Ещё раз. Не лги мне, Сонь, это плохо закончится. Срок, — чеканит слова, притягивая меня к себе. Его пальцы нежно приглаживают волосы, а я теряюсь от этого движения. — Любой гинеколог его назовёт. Давай не будем усложнять.

— Четыре месяца. Я… А гинеколог расскажет, что я была с другим?

Мой мозг отключился в момент, как я увидела бывшего. Сейчас просто несу бред, не слежу за сказанным. Пусть Ян думает, что я не страдала по нему. Просто сразу нашла другого.

Это глупый юношеский максимализм, пусть я давно перешла отметку в восемнадцать. Но это такое жгучее желание — сделать ему тоже больно, задеть. Пусть не думает, что я плакала.

Пусть плакала, пусть ревела дико.

Он меня бросил!

Тот, кому я так безоговорочно вручила сердце.

— Давай поговорим спокойно, — вдруг предлагает Ян, поглаживая пальцами мой подбородок. — Твой отец поступил плохо и за это ему придётся отплатить.

— К-как?

— Собирай вещи, Сонь. Поедешь ко мне, там всё обсудим. Просто знай, что всё происходящее — вина исключительно твоего отца.