Мне совсем не нравится происходящее, накатывает душащей паникой.

Вокруг незнакомые люди, все с оружием. Их так много, не сосчитать. Я не вижу никого из охраны, даже домработницы не видно, которая вечно суетится вокруг.

— Жди, — бросает мне мужчина, подходя к кабинету отца. — Не делай глупостей, Авдеева.

Послушно замираю, мне ничего другого и не остаётся. Это… Учения? Отец проверяет, как среагирует его охрана? Я отказываюсь верить, что кто-то посторонний забрался в наш дом. Так легко и просто, когда у папы лучшая система безопасности.

Нет, невозможно.

Переминаюсь на месте, сжимаю от волнения край платья. Это скоро закончится, я уверена. Разве папа не знает, что мне нельзя волноваться? Зачем он это всё устраивает?

— Не впутывай сюда мою дочь! — из кабинета доносится крик отца, от которого всё сжимает тисками. — Она ни при чем!

— Моя семья тоже было ни при чем! — мужской голос режет по нутру, в нем столько холода и злости, что меня пробирает. — Но их ты впутал. Поэтому… Сань, приведи Авдееву.

Тот самый мужчина с оружием, видимо Саша, появляется спустя несколько секунд. Кивает мне на дверь, приглашая. А я не решаюсь сделать ни шагу. Я не хочу быть здесь.

Я хочу… Обратно в палату с зашторенными окнами, где пахло апельсинами. Хочу слушать рассказы Яна о детстве и говорить с ним о глупостях. Ещё не минутку вернуться в прошлое, где всё было хорошо и просто.

Я не была беременной в двадцать один, а мужчина не пропадал из моей жизни.

И преступники не врывались в мой дом.

— Давай шагай, — Саша недовольно скалится, открывая дверь шире. — Тебя ждут.

Мне кажется, что я упаду в любой момент. Мир кружится, расплывается перед глазами. Словно я шагаю навстречу своему приговору. К тому мужчине, с которым говорил папа в кабинете.

— Мы решим всё без Сони, — отец даже не смотрит на меня, прикрывая своей спиной. — Дай девочке уйти. Она напугана и ничего не знает.

— Отойди, Авдеев, или будет хуже.

Папа, который никогда никого не слушал, вдруг кивает. Делает шаг в сторону, позволяя мне пройти. Я растерянно озираюсь, чувствую себя вырванной из привычной жизни.

Задыхаюсь, когда встречаюсь взглядами с мужчиной. Он сидит в кресле отца, бегло рассматривает меня. И я отвечаю тем же, забывая, зачем меня сюда привели."

"Темные волосы и щетина, которая невероятно шла мужчине. Прищур темных глаз, почти зажившую ссадину на лице. Взгляд мечется, выделяя главные детали.

Я смотрю и смотрю, не в силах поверить.

Дорогой костюм и галстук вместо спортивного костюма.

Ухмылка вместо подбадривающей улыбки, которая била прямо в сердце.

Карие глаза, в которых ни капли привычного тепла.

— Здравствуй, Соня. Рад встрече.

А я впервые за столько месяцев мечтаю забыть о том, что знаю Яна.

И сдерживаюсь, чтобы не сорваться на крик.