Нет, на самом деле, это вовсе не удручающе — а совсем наоборот. У меня даже дыхание участилось, и по всему телу разлилось тепло, несмотря на холодную воду, которой меня окатило только что. До самых, между прочим, панталон!

— А вы выглядите прелестно, — ответил Двэйн.

Мы рассмеялись одновременно — почти беззвучно, чтобы не услышал камердинер, который в гостиной звенел фарфором.

Но после незапланированных водных процедур оставаться в ванной было бы крайне странно. Поэтому Двэйну пришлось спешно выпроваживать слугу из комнаты, чтобы я тихо и спокойно смогла уйти.

После визита к претемнейшему и радикального лечения вместе с лишением его некоторой части волос, мне стало чуть спокойнее. Не за его волосы, конечно! Всё же я справилась с задачей, которая меня отчасти пугала. Вообще эта странная тьма выглядела очень уж разумной. Мало ли какие у неё там планы…

После недолгого отдыха я проверила срочную почту претемнейшего, а затем отправилась в архив. До конца дня хотелось успеть хоть что-то. Но вместе с тем, как я монотонно искала упоминания Врат Феникса, пришлось кое-что уяснить для себя по устройству Врат, по правилам их проверки и по принципам, в соответствии с которыми она проводится.

Поэтому я обложилась полезной литературой, как студент, у которого вдруг отрубили интернет, а курсовую сдавать надо.

Тема оказалась настолько увлекательной — ведь кое-что уже удалось узнать по работе в конторе Молана О’Кина — что я засиделась за ней до поздней ночи. И ни Гугл, ни даже ба не смогли вовремя вразумить меня."

"В итоге, я так упахалась, что едва доволокла ноги до кровати. А в голове всё крутились и крутились мысли о том, что будь Молан чуть более инициативным и жёстким в управлении своими делами, он мог бы составить достойную конкуренцию Уэну Макталу. Имперские заказы на проверку Врат и регулярную поставку солида — это же прямо золотая жила!

Он мог и в ссылке разбогатеть так, как не было во времена его аристократической юности. Жаль, что «папа» прогнал меня с работы раньше, чем я успела полнее вникнуть во все его дела.

Ещё некоторое время мне не давали уснуть размышляя о ранении Двэйна, о том, что надо бы медитировать больше, потому как всплески силы на тренироввках не спадают, а только усиливаются. Что странно, ведь я и начала учиться, чтобы их унять.

И не поняла, в какой момент реальность перетекла в сон. Если бы я могла рассуждать, как бодрствующий человек, наверное, решила бы бы, что он связан со всеми переживаниями последних дней. Это было странно. Насколько вообще странным может выглядеть сражение двух савиров одного мага.

Огромная рысь и дракон дрались в моём сне так, что в стороны летели сумеречные шерсть и чешуя.

Над обликами возвышалось уже знакомое мне дерево арморума.