Но Молан неохотно на это соглашался, а недавно и вовсе запретил мне появляться на руднике, ссылаясь на то, что девице не место среди грубых рудокопов."

"По дорожке, ведущей в Розовую беседку, я дошла почти бегом. Чета О’Кин сидела на скамье в тени, а бабуля — чуть в стороне, в нарочно поставленном для неё кресле. Холодный взгляд ба мрачно скользил по лицу невестки, красноречиво показывая её к ней отношение.

— Дорогая! — тут же просветлела Нэсса, стоило только мне ступить на порог беседки. — Как ты прогулялась?

Она выразительно мне подмигнула. Если бы не бабуля, в этом мире мне приходилось бы гораздо сложнее. Она раскусила меня если не на раз-два, то очень скоро: слишком хорошо знала старшую внучку, чтобы поверить в резкую смену её характера и поведения. Поначалу я испугалась, но потом поняла, что так лучше. Без поддержки и связей мне пришлось бы труднее.

— Очень… продуктивно и насыщенно, — я подошла и чмокнула её в слегка дряблую щёку.

Нет, бабуля для своих лет выглядела ещё ого-го: стройная, с идеально прямой спиной и всегда аккуратно убранными в причёску волосами. Но порой она всё же сетовала на годы, которые «не щадят полную жизненных сил и жажды новых открытий женщину». К сожалению, в городке Скриос, населённом почти сплошь ссыльными из других княжеств, негде было разгуляться с открытиями. На что Нэсса ворчала особенно сердито.

— Тебе надо чаще выбираться из этого ядовитого гнезда, — с совершенно невинным видом заметила ба. — Цвет кожи будет лучше. Да вообще всё будет лучше. Даже пищеварение.

Брона бросила на неё колкий взгляд и вновь повернулась ко мне.

— Что-то случилось, Эйли?

Её ласковый тон не смог усыпить мою бдительность: матушка на взводе. Скорей всего, сегодня прислали ещё несколько счетов, которые следовало оплатить ещё вчера. Это всегда приводило её в крайнее расстройство.

Я негодующе потрясла в воздухе письмом, а затем бросила его ей на колени.

— Может быть, это вы с отцом объясните мне, что случилось? Почему нас с Айне так настойчиво и вовсе не любезно приглашают в Гитмор? Вы вообще знаете, что там написано? Нас словно в приют для сирот забирают.

Молан страдающе покосился на жену, которая опустила на письмо самый надменный взгляд, на которой была способна. Его она тренировала годами опалы рода О’Кин, чтобы насмешки сразу застревали в горле злопыхателей. Не знаю, как насчёт злопыхателей, но мне от него точно становилось нехорошо.

— Я думала, ты достаточно взрослая, Эйли, чтобы понимать. Пора принимать ответственность…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Я хмыкнула.