— Сидит за дальним столиком, попивая виски.

Сердце замирает, а потом начинает отчаянно стучать. Глеб здесь? Не может этого быть… Я выпрямляю спину и ощущаю растекающееся по телу тепло.

— Он один?

— М… Нет, прямо сейчас к нему подходит длинноногая блондинка.

— А он?

— Ничего, что-то отвечает ей.

— Что отвечает?

— Ник, я не умею читать по губам. О, кажется, отшил. Значит, не заинтересован."

"У меня словно камень с души падает! Глупая улыбка озаряет лицо, настроение поднимается. Как обычно, необдуманные поступки выходят мне боком. Нужно было выслушать Воронцова, спросить, случайно он здесь или нет. Интересно, подойти к нему будет поздно? Странно?

Мы продолжаем сидеть нашей стойкой компанией. Алкоголь уже не лезет, но опьянения я не чувствую, только накатывающую усталость. Янка шпионит за Глебом и продолжает докладывать мне обстановку. На месте. Один. Пьёт и смотрит мне в спину. Улыбка становится шире, потому что я это чувствую! Каждой клеточкой своего тела чувствую, так, что мурашки выступают и сердце учащённо бьётся, не утихая ни на миг.

— Как думаешь, подойти к нему или нет?

— Ха-ха, Ника! — смеётся Янка. — Я бы уже на руках у него сидела на твоём месте. Знаешь, иногда девичья гордость совершенно не уместна.

— Ты права.

В тот момент, когда я пытаюсь собраться с духом, к нам подходит охрана. Я даже глазом моргнуть не успеваю, а они уже рядом с нашим столиком! Позади них заплаканная девчонка, которая указывает пальцем на Алёну и Янку. Оказывается, она сидела за соседним столом и её обокрали. Пропала крупная сумма денег, телефон и документы!

Девушка продолжает плакать и указывать на Янку. Весёлые Римма и Алёна вдруг перестают вести себя так активно, благо даже под наркотой у них включается мозг. Они утихают, вжимают головы в плечи, а меня бросает в жар от паники. Я точно уверена, что Яна ничего не крала! Боже, да я её с детства знаю как облупленную. Впрочем, мои доводы никак не действуют на охрану. Они просят предъявить документы и показать сумочки. У нас с Яной пусто, а у Алёны и Риммы в заднем кармане обнаруживают таблетки. Вот дуры…

Охрана просит пройти на выход Яну, Римму и Алёну. Нас с Жорой не трогают.

— А её-то за что? — я указываю на Янку. — Нет у неё ни телефона, ни кошелька. Отпустите, а?

— До выяснения обстоятельств, — отвечает тучный мужчина в форме и, конечно же, не обращает внимания на то, что Янка плачет. — Если ваша подруга действительно не виновата, мы сразу же её отпустим.

Они удаляются прочь, а мы с Жориком остаемся вдвоём. Долго думать не приходится, поэтому я поднимаюсь с места и бросаюсь к Воронцову. Он единственный, кто может чем-нибудь помочь. Хотя бы советом, что делать дальше, чтобы вызволить подругу.

Я замечаю Глеба за дальним столиком в одиночестве.