Тянусь дрожащими руками к бокалу и делаю несколько мелких глотков. Внутренности обжигает, а голова начинает кружиться почти моментально. Я чувствую на себе его взгляд и всё же закашливаюсь. Мне бы запить чем-то, но Воронцов не предлагает. Он садится напротив меня и откидывается на спинку дивана. Я с отчаянием поднимаю на него глаза и жадно рассматриваю каждую чёрточку родного лица.

— Зачем ты пришла, Ника? — вздыхает он, поймав мой взгляд. — Я же сказал, что позвоню.

Его голос звучит раздражённо и нетерпеливо, а мои щёки горят от выпитого алкоголя и стыда. И правда, зачем я это сделала? Зачем поднялась? Кому и что я хотела доказать? Даже если на секунду представить, что к нему приехала Оля… Даже если предположить, что он бы занимался с ней сексом, то что?.. Я ничего не смогла бы с этим сделать.

— Мне плохо, Глеб…

— А мне, думаешь, хорошо? — недобро усмехается он. — Я грёбаных полгода только и представлял, как приеду за тобой. Не ждал, что ты ошарашишь меня такой новостью. Блядь. Даже в голове не укладывается, как так получилось. Расскажешь?

Глаза начинает щипать от обиды на саму себя. Всё могло бы быть иначе, стоило лишь немного подождать и не сломаться… Воронцов увёз бы меня в Москву, мы жили бы вместе и планировали детей. Тихая счастливая жизнь с самым лучшим мужчиной на свете, которого я безумно любила и люблю. И что теперь вместо этого? Впереди неизвестность, но уже без него.

Я мотаю головой и вытираю навернувшиеся слёзы.

Тянусь к коньяку, делаю ещё один глоток. Легче не становится, но перебивает тошноту, которая то и дело подкатывает к горлу.

Я встаю со стула и нечаянно опрокидываю его на пол. Чертыхаюсь, поднимаю и иду к окну, чтобы подышать свежим воздухом. Меня ведёт от алкоголя и заносит в стороны. Глеб смотрит — я чувствую это каждой клеточкой своего тела."

"Открыв настежь окно, упираюсь ладонями в подоконник. Делаю глубокий вдох, ещё один. Дождь уже прекратился, только капли с деревьев попадают на козырёк балкона. И запах такой сырой и летний… Мне нравится.

Я слышу, что Глеб тоже встаёт с места. За моей спиной его шаги. Кажется, он тоже пьёт. Ему сложно, как и мне.

От громкого звона стекла я резко вздрагиваю и оглядываюсь назад. Воронцов разбил пузатый бокал о стену! На полу сотни осколков, но его не задело.

— Что ты делаешь? — собственный голос звучит тонко и противно. Бесит.

Я полностью к нему поворачиваюсь, нервно кусаю губы и постоянно тяну вниз короткую футболку, которая чересчур открывает обнажённые ноги. Всё потому, что мне кажется, будто Глеб смотрит на меня с брезгливостью, как  смотрел тогда и Рома.

Красивой синей радужки его глаз теперь не видно, она слилась со зрачком. Взгляд злой, полубезумный и пугающий. Таким я ещё никогда его не видела.