Через свои связи она смогла узнать, что операция прошла успешно и прогноз вполне благоприятный, а неприятные ощущения и боль временные, но это не особо ее успокоило.

— Не знаю, Ева. Неправильно все как-то. Вместо того, чтобы отправлять Максима одного, мы с Пашей…

— Мам, — перебила я ее. — Максим не маленький мальчик. Он сам так решил. И сам ничего не сказал. Поэтому твоей, точнее вашей с Павлом Васильевичем, — поправила я саму себя, — никакой вины нет. И перестань уже переживать.

— Ева, в первую очередь нужно думать о детях, а не устраивать свою личную жизнь.

А мы…

— Мам, перестань.

— Мне кажется, что Максим не стал ничего говорить Паше из-за меня.

— Мам, у меня с Максом были нормальные отношения, и он мне тоже ничего не сказал. Хотя мог. Он просто не хотел, чтобы мы знали. Вот и все.

— Ева, а вы с Максимом… — Мама приподняла брови в немом вопросе.

— Нет, мам. Ничего такого нет.

— Я думала, он тебе нравится.

— Макс клевый, да. — Согласилась с ней.

— Но? — Мягко поинтересовалась мама, хотя я не произносила никакого «но».

— Мне нравится другой парень, мам. — Выдохнула признание.

— А ты ему?

— Вроде бы тоже.

— А почему «вроде бы»?

Вот как объяснить маме, что у Андрея таких как я, вздыхающих по нему, слишком много?

— Не знаю. У него очень большая популярность у девушек. — Мне пришлось отвести глаза.

— Что ж, это хорошо, что ты сама это понимаешь, Ева. Ладно, мне пора. Увидимся вечером.

Наверное, мама права — хорошо. Только от этого «хорошо» мне нисколько не легче. И что из всего этого получится, я тоже не представляла. Андрей слишком ветренный, и когда ему надоест со мной играть, он с легкостью переключится на другой объект.

А я смогу лишь узнавать о нем новости чисто «по-соседски». И от понимания этого становилось еще хуже. Уж лучше тогда его совсем не видеть!

— Какого черта Паша не убрал этот дурацкий порожек! — Грубое возмущение, произнесенное неизвестным женским голосом, вырвало меня из невеселых раздумий.

— Осторожнее, мама.

Макс! Я мгновенно забыла про свои безнадежные перспективы в личной жизни и выскочила в гостиную. Наверное, если бы не присутствие чужой женщины, я сбила бы Макса с ног — так рада была его видеть. Но мне пришлось остановиться и приветливо поздороваться.

— Господи! Это кто? Паша совсем сдурел, если его на малолеток потянуло!

— Мама! Это Ева. — Одернул ее Макс, но на него она не обратила внимания, разглядывая меня с головы до ног.

— Ева? — переспросила с такой интонацией, словно пыталась вспомнить, кто я такая и под каким соусом меня можно съесть.

И без того мое подавленное настроение испортилось еще больше.

— Здравствуйте. — Пришлось быть вежливой. — Меня зовут Ева, а Павел Васильевич женился на моей маме.