Пару раз я попыталась отвлечь папу, но безуспешно. Не помогла даже разбитая ваза, которую я «нечаянно» уронила.

И я поняла, что как бы Ксения не жаловалась на своего брата, она все равно его любила.

Часик пролетел незаметно, и, наверное, стоило уже собираться домой, но Ксю уговорила меня задержаться еще немного и посидеть во дворе на качели. Свежий воздух, ненавязчивое пение птиц и легкое покачивание расслабили настолько, что я не сразу заметила на себе чье-то внимание. Невольно повернулась и столкнулась глазами с Андреем. Москитная сетка, закрывающая нас с Ксю, совершенно не мешала ему недовольно буравить меня прожигающим взглядом.

Ксения, заметив, что я замолчала, тоже повернулась.

— Андрей?! Ты когда вернулся? — Появление брата вызвало на лице Ксении неподдельное удивление.

— Ксю, тебя прабабка звала. Срочно! — проигнорировал он ее вопрос.

— Что-то случилось? — Встревожилась Ксения. — С ней же Мария…

Ксю соскочила с качели и, бросив: «Ева, извини! Я сейчас», умчалась в сторону дома, оставив меня наедине со своим братом. Я тоже поднялась, но уйти мне не дали.

— Только не говори, что ты сделала это специально, — обвинил меня Макарский, поймав за локоть, и не отводил свой тяжелый взгляд.

— Ты про что?

— Не прикидывайся. По-любому специально заставила меня слушать идиотские бредни своей подруги, пока сама развлекалась с моей сестрой.

— Ты совсем дурак?! — ощетинилась я, безуспешно пытаясь освободить свою руку.

— Видимо, да. Или вы с Ксю вдвоем решили так надо мной пошутить?

Я находилась под прицелом прищуренных глаз.

— Никто над тобой шутить не собирался. Ксения пригласила — я согласилась. Все!

— А мое приглашение ты решила, что можно проигнорировать? — Андрей вздернул брови.

Он стоял так близко, что я буквально чувствовала на себе волны его энергетического поля, которые пожирали мои, так нелепо нарушившие допустимые границы и попавшие в ловушку.

— Ну, знаешь ли! Я Вике сказала, что не пойду. Какие еще претензии?

Я стойко выдержала придирчивый взгляд темно-серых глаз. Несмотря на наши доверительные отношения с Ксенией, с ее братом нормально общаться у меня не получалось. Никак.

— Пообещав, что придешь чуть позже? И это «чуть», видимо, растянулось до бесконечности? — произнес с ядовитой усмешкой.

— Я никому ничего не обещала… — И тут до меня наконец дошло, в чем меня обвиняют. Красновой ничего не стоило спокойно «пообещать» за меня. — А если тебе навешали лапши на уши, то извини, это не мои проблемы. Пусти! Мне больно! — потребовала, и Андрей отпустил мою руку. — Мне пора.

— Ничего не выйдет. Тебе придется задержаться, — довольно, если не сказать зловеще, произнес он.

— В каком смысле? — невольно ужаснулась, совершенно не зная, чего от него ожидать.