Бруни пыталась сопротивляться, но вдруг почувствовала, что тает от его теплых ищущих губ. Как будто кто-то вдруг разжег в ней пламя, потухшее много лет назад. Но ведь, в конце концов, именно с Кейном она впервые познала сладость страстного поцелуя.

От его близости у нее дрожали колени. Бруни не могла понять, почему так происходит, и ничего не могла с собой поделать. Она пылко целовала Кейна, хотя всего минуту назад сказала ему о том, что презирает его. Бруни готова была уже позабыть обо всем на свете, но тут Кейн отстранился.

Несколько секунд она непонимающе моргала. Придя в себя, с отвращением вытерла губы рукой и, гневно сверкнув глазами, взглянула на Кейна.

– Даже не пытайся проделать это снова! – бросила девушка, злясь не то на него, не то на себя. – Да кем ты себя возомнил?

– Я твой жених. Через две недели ты станешь моей женой. И вместе с кольцом получишь меня в мужья. Я не потерплю никаких возражений.

– Надеюсь, у тебя большой запас снотворного? – съязвила Бруни. – Не знаю, как иначе ты сможешь заставить меня спать с тобой в одной постели."

"– Не ожидал от тебя такого драматизма, – усмехнулся Кейн. – Я стану для тебя ключом к успеху, Бруни. Это я гарантирую.

– Ты, конечно, надеешься, что я соглашусь на твой безумный план?

– Не просто надеюсь. Я рассчитываю на это. Все твои сомнения скоро развеются. Просто поговори с отцом. – Кейн отворил перед девушкой дверь. – Надо раз и навсегда покончить с этим.

Бруни засомневалась. У нее возникло такое чувство, что если она выйдет сейчас через эту дверь, то у нее начнется совершенно новый жизненный этап.

Кейн приподнял бровь, будто насмехаясь над нерешительностью девушки, чем снова вызвал ее злость.

Бруни сделала глубокий вдох, вздернула подбородок и гордо прошествовала в холл. Девушка чувствовала на себе его взгляд. Она могла с уверенностью сказать, что на лице Кейна играет самодовольная улыбка.

Родители расположились в зеленой гостиной. Отец стоял у окна и смотрел на великолепный вид, открывающийся оттуда. Мама сидела на одном из диванов, нервно сцепив руки в замок, Бруни осторожно закрыла за собой дверь. От неожиданного щелчка Гленис вздрогнула, а Оуэн Мерсер повернулся и посмотрел на дочь.

– Что здесь происходит?! – с горячностью воскликнула Бруни, давая наконец волю эмоциям.

Мать тут же начала хныкать.

– Заткнись, Гленис, – скомандовал отец, пренебрежительно взглянув на жену. – Сейчас не время для истерик. Это ничего не изменит.

Бруни ненавидела, когда отец так обращался с матерью, но сейчас она была слишком захвачена своими собственными переживаниями, чтобы указывать ему еще и на это.

– Это правда? – обратилась девушка к отцу. – Кейн Капрулас завладел всем состоянием семьи?

– Да... – Оуэн Мерсер нервно сглотнул.

– Но...