Убедившись, что эти стволы старше самого старого казака в отряде, Матвей примерился и со всего маху шарахнул прикладом о ближайший камень. Приклад ружья разлетелся в щепки, а ствол от такого обращения согнуло коромыслом. Повторив это действо со вторым ружьём, Матвей носком сапога подвинул разбросанные вещи к пленным, негромко велев:

– Забирайте и проваливайте. Ещё раз увижу, обоих кончу.

– Благодарят, – перевёл Ахмет-хан бормотания пленных.

– Да ну их к бесу, – отмахнулся Матвей, вскакивая в седло.

Колонна двинулась дальше, оставив незадачливых разбойников разбирать свои пожитки. Подъехавшие к Матвею пластуны из соседней полусотни пристроились рядом, и старший в их паре тихо произнёс:

– Благодарствуй, парень. Кабы не ты, ходить бы нам с позором. И как только не приметили, сам в толк не возьму.

– Одним миром живём, браты, – отмахнулся Матвей. – А не приметил потому, что впереди шёл. Они на то время притихли. Затаились. Да только не учли, что колонна наша шагом идёт, не спеша. Вот и не утерпели, зашевелились, боясь последних в строю пропустить. А я приметил. А вообще, надо бы все такие места особо осматривать, – подумав, внес он предложение.

– Коней заморим, туда-сюда скакавши, – вздохнул пластун.

– Тоже верно, – вздохнул Матвей, вспоминая, что засаду можно устроить и на ровном месте. Главное знать, как это правильно сделать.

– А ловок ты с кнутом. Святослав учил? – сменил тему коллега.

– Елизар. Ученик его. Святослав потому меня наследником по науке воинской и кликнул, что Елизар у него учился, а я у Елизара. Выходит, прямой наследник. Сам-то Елизар в годах уж. В походы не ходит.

– Ну да. Верно. Святослав всё решил по старому укладу сладить, – понимающе кивнул казак.

– Так он по старому укладу и жил, – пожал Матвей плечами.

– Это да. Говорят, он тебе и стрелы свои оставил, – осторожно произнёс казак, заметно понизив голос.

– Одну, сам ношу. Остальные сынам повешу, – коротко ответил Матвей, не имея никакого желания прятаться.

О его отношениях со старым пасечником знала вся станица, а следовательно, и всё казачье воинство. Святослав был человеком широко известным. Достаточно было вспомнить, что на тризне собрались казаки из разных станиц и даже разных подразделений. Были и терцы, и кубанцы, и семиреченцы. Так что Матвей даже не сомневался, что эта пара пластунов отлично знала, кем именно он являлся на самом деле.

– Бедовый ты, Матвей, – удивлённо покачал пластун головой. – Не боишься, что попы про то прознают?

– Им же хуже, – презрительно фыркнул Матвей. – Я веру Христову принимаю и не хаю, вот и им нечего в мои дела лезть. Иль ты донести на меня решил? – резко повернулся он к пластуну.

– Господь с тобой, – вздрогнув, отмахнулся казак.