Он ведь не хотел этого ребенка, это я настояла… — честно ответила Ася и спрятала лицо в ладонях.

— Саш, ты не в себе просто. Тебе надо поспать, потом мозги на место встанут, — участливо заметила Тамара Львовна.

— Возможно вы правы, — вынужденно согласилась Ася. Спорить и что-то доказывать не было ни сил, ни желания.

— Давай укольчик?

— Делайте что хотите… — обреченно ответила она и отвернулась к окну, забиваясь в свою раковину от всех.

— Проснешься и приглашу к тебе психолога, — предупредила Тамара Львовна, сделав укол.

Ася попыталась что-то возразить, но веки внезапно стали очень тяжелыми.

Видимо подействовало лекарство. Ася прикрыла глаза и провалилась в спасительную темноту.

Глава 9

Пять дней прошли как в тумане. Ася практически не вставала с кровати, почти ничего не ела и ни с кем не разговаривала. Если кто-то заходил в палату, усердно делала вид, что спит, чтобы не донимали расспросами о самочувствии и настроении.

Для нее ничего не менялось. Тупая боль в сердце не уменьшилась и не утихла. В груди по-прежнему жгло, выкручивало и хотелось выть от бессилия, но Ася держалась, не расслабляясь ни на секунду.

Старалась быть сильной и пережить этот тяжелый момент внутри себя.

Несколько раз появлялся обещанный Тамарой Львовной психолог, пытался вывести на разговор, но Асе нечего было ему сказать. Еще сама не переварила все, что случилось. Не осознала и не пережила.

Артем приходил несколько раз в день, в перерывах между тренировками, и сидел часами у ее кровати. Держал за руку, нежно гладил пальцы, шептал, что все будет хорошо, что любит ее и вместе они со всем справятся.

Ася мужественно выносила эту пытку, но не могла заставить себя ответить ему взаимностью.

Невольно именно его винила во всем и из-за этого становилось еще противнее самой от себя. Не понимала, как так получилось, что самый близкий и родной человек внезапно стал чужим."

"Внутри велась нешуточная борьба. Ася не хотела срываться на Артеме, но и делать вид, что ничего не случилось и жить как раньше тоже не могла. Круг замкнулся, воздвигнув прозрачные непроницаемые стены вокруг нее, а мужа оставив снаружи. Они видели друг друга, но не могли почувствовать и услышать.

— Как ты себя чувствуешь? — бодрый голос Тамары Львовны казался таким не естественным в ворохе мрачных мыслей, что Ася невольно поморщилась.

— Просто великолепно, — съязвила она, мгновенно выстраивая вокруг себя глухую стену. — Примерно, как женщина, которая недавно потеряла ребенка.

— Сашенька, — Тамара села на стул недалеко от кровати. — Я понимаю твои чувства, твое горе, но так нельзя.

— Как так? — Ася устремила взгляд в одну точку, старательно сохраняя спокойствие.

— Ты полностью отключилась от жизни.