Меня начали трясти, бить по щекам, пытаясь привести в чувства, но я уже ничего не чувствовала и не слышала. Медленно закрыв глаза, я словно провалилась куда-то. Передо мной вдруг предстало странное видение: сквозь яркие блики света в широко расстилающейся и утопающей в зелени долине я увидела Макса, он стоял в чёрном брезентовом плаще, накрытым с головой капюшоном и спиной ко мне.

– Макс? – позвала я. Он молча повернулся ко мне и с минуту смотрел на меня неподвижно, словно какой-то невидимый дух.

– Что ты здесь делаешь? – спросила я его.

– Не удивляйся, Кристи. Главное… я успел, – сказал он. – Не печалься, я всегда буду рядом, Кристи, где бы ты ни была.

– Будешь рядом? – переспросила я. – Что это значит?

Он мягко улыбнулся и, отвернувшись от меня, направился в туманно-призрачную даль, залитую таинственным светом. Я бросилась за ним и схватила его за руку.

– Нет! Ты не можешь уйти!"

"– Но, Кристи, значит, так надо. Значит, пришло время… – услышала я его спокойный голос.

– Нет… Нет… Так не должно быть!

– Это ничего не изменит. Но знай, я всё равно всегда буду там, где ты… Даже если ты не сможешь меня видеть.

Я ещё крепче сжала его руку и взмолилась:

– Прошу тебя, не уходи… Слышишь, не уходи!

Судорожно открыв глаза, я уже увидела перед собой человека в белом халате.

– Ну, девушка, вы нас сильно напугали. Находиться без сознания несколько минут…

– Макс? Где Макс? Что с ним? – озираясь по сторонам, твердила я.

Глава XI

Нервно посматривая на часы, я всё ещё опасалась, что могу опоздать в колледж, и в нетерпении переводила взгляд то на часы, то на большое окно в гостиной. Из него открывался прекрасный вид на лужайку с садом, а возле самого окна от живого неистового ветра к стёклам прижимались длинные раскидистые ветви распустившейся плакучей ивы, они так низко склонялись над нашими окнами, словно пытались заглянуть в сам дом. Яркое солнце, поднявшееся с утренней зарёй, посылало свои лучи в гостиную, освещая всю комнату и пробуждая её своим теплом.

Наконец, Мария поспешным шагом принесла горячий завтрак, затем вошёл …Макс, он присел за стол напротив меня.

– Доброе утро, Крис, – сказал, улыбнувшись, он и неожиданно нахмурился. Я заметила, как его лицо исказилось в болезненной гримасе.

– Больно? – наклонившись к нему, с тревогой спросила я.

– Нет, Кристи. Не беспокойся, это сейчас пройдёт.

С тех пор, как выписали Макса, прошло три дня, всё это время крёстная и Мария ходили за ним буквально по пятам, постоянно спрашивая его, всё ли с ним в порядке и не нужно ли ему чего? Что, замечу, нередко раздражало, а порой и выводило его из себя, при этом он начинал про себя чертыхаться, а вслух говорил: «Да перестаньте мне докучать. Я же сказал вам, я абсолютно здоров: руки, ноги целы, голова на месте.