— Ей так много всего не стоит, что не осталось ничего стоящего, — не выдерживаю я.

— Это ради её будущего, — безапелляционно.

— А что там ценного в её будущем? За что терпит-то?

— А что она, собственно, терпит?! — взрывается отец. — У неё всe есть!

— Что — всe?

Растерянно взмахивает руками.

— Да всe!!

— Хм. Всe есть, а жизни нет. Такое себе счастье…

— Ванечка, но это же временно! — примиряюще вставляет Ольга Валерьевна.

— Яся! — рявкает Алексей Михайлович, — что ты опять за, Иваном прячешься?!

— А за кем мне прятаться ещё?! — чувствую, как начинает нести Царевну.

Вылетает вперёд.

— За Эдиком, может, мне прятаться?? Который к тебе скачками бежит отчитываться за каждый мой шаг в сторону!!

— Ты сама его выбрала! — с возмущением.

— Когда выбора не было?!

— Яся… — за руку оттягиваю её за спину себе.

— Не мне вас учить, Алексей Михайлович…

— Вот именно!

— … Я в семье не жил, — продолжаю. — Но глядя на Ясю, я может уже и рад этому.

— Что?..

— А то вырос бы из меня такой вот подлый задрот Эдик, — закрываю глаза.

Тормози, Яшин.

— Ладно. Извините. У меня пока права голоса в этом вопросе нет.

Я у вас в гостях.

Чувствую, как нарастает взрыв у Алексея Михайловича. И мне так жалко Царевну! Хочется разрядить его на себя.

— Вань, ну зачем ты так? Ты тоже часть семьи!

Ольга Валерьевна всe время пытается сгладить.

— Спасибо, Ольга Валерьевна. Я очень ценю, что вы так по-доброму ко мне относитесь.

— Яся! В кабинет ко мне.

Разворачивается Алексей Михайлович, едва сдерживаясь от резкости.

Перехватываю её за руку у лестницы, не позволяя идти за ним.

— Наверх иди.

— Но папа сказал…

— Наверх!

— Вань… — испуганно.

— Наверх.

А к нему я иду сам.

Иначе, чем я тогда лучше Эдика? Завeл его до бешенства, а теперь Яську туда?

— Ты зачем пришёл?

— Я её уговорил уехать с нами. Вот мне и выговаривайте.

— Иван… — тяжёлый вздох. — Я очень тебя прошу, не вмешивайся в ситуацию с Ярославной. Не корми её придурь. Ты ведь о ней ничего не знаешь. Если её не держать за шкирку, то её несёт! Она слишком экспрессивная, расторможенная и…

Я заметил, — облизываю губу.

Он долго рассказывает мне то, что я и так уже знаю. Что она чума! Что управы никакой. Что язык у неё вперёд мозгов.

Что эмоции у неё заливают глаза. Что отказывать себе она ни в чем не хочет. Что жопа её — компас для приключений. А в анамнезе — драки, конфликты с учителями и пять брошенных секций. Друг-наркоман. И пара приводов из ментовки.

— Исчадие ада! — улыбаясь, закатываю глаза.

— Если её не встроить в нормальную среду, то она пропадет!

— То есть, её брак с Эдиком нужен совсем не вам для карьеры, а чтобы спасти пришибленную на голову дочь?"

"Открыв рот для очередной тирады, захлопывает.

— У Эдика огромные перспективы.