— Что у вас?

— Да их тут до черта! В этой филармонии, мы четверых преследовали, они сюда… а тут их…

— Сколько их?

— Много, почти из каждого окна долбят.

— Ясно. На перекрестке вы?

— Да.

— Ну и отходите к зданию телецентра, это уже не наша забота, я сейчас в дежурку сообщу, пусть ГБР на броне высылают.

— Понял…

— Сова десятому…

— Слушаю Палыч… Добрался?

— Да я на месте, по словам «семерки», в филармонии крупная банда «косых», так что ждем ГБР… отходим за телецентр.

— Принял, даю тревогу в войска… ждите.

— Принял.

Отошли за телецентр.

— Полезли внутрь, — сказал Палыч, включив фонарь и показав лучом на разбитое окно второго этажа, — там подождем.

Оказавшись в небольшом офисном помещении, Палыч покрутился, соображая и сказал:

— Так, нам по коридору надо пройти, что бы с той стороны оказаться.

— Идем, — ответил я и тоже включил фонарь.

Внутри почти ничего не тронуто, ну в принципе понятно почему — съестного тут ничего нет, если только небольшое кафе на первом этаже, вывеска которого торчала из-под снега. Двери конечно нараспашку в основном, какие-то кабинеты, монтажные, студии…

— Туши фонарь! — прошипел Палыч и потушил свой.

— Что? — спросил я шепотом выполнив приказ.

Палыч молча затолкал нас в дверь ближайшего кабинета.

— Ничего не слышали?

— Нет…

— Может показалось, — задумчиво произнес Палыч.

— Да что?

— Бормотал как будто кто-то впереди.

И тут мы все явно услышали, что по коридору кто-то идёт, и не один. Шаги остановились, чем-то погромыхали и звук басурманской речи немного приглушился.

— Косые! — прошептал Палыч, — в соседний кабинет похоже зашли, значит, они не только в филармонии.

— Что делаем? — спросил я.

— Зачищаем, — безапелляционно сказал Палыч, — идем.

До двери кабинета, где предположительно находился враг оставалось пара метров, когда мы втроем, осторожно ступая по ковровому покрытию двигались по коридору со вскинутым оружием…

— … пилик… Палыч, Сова в канале, ГБР выдвинулась, как принял?

— Тсяули!!! — буквально провизжал кто-то в кабинете.

— Назад, назад, назад! — заорал Палыч.

На секунду затупив, и соображая что происходит мы с Вовкой «зависли», но были снесены словно локомотивом — Палыч затолкал нас обратно в кабинет, — к бою мать вашу! Гребаная рация! Гребаная Сова!"

"Обо что-то больно саданувшись голенью, я перемахнул за какую-то стойку с оборудованием, откуда высунулся уже с автоматом. В соседнем кабине поднялся галдеж, прозувучало несколько выстрелов, а потом я услышал характерный звон спусковой скобы… Ба-бах! — в коридоре ухнуло очень громко, что заложило уши, а ливер встряхнуло так, что я было подумал, что обделался.

— Все живы? — прокричал Палыч.

— Да.