И я с уверенностью могу сказать, что раньше я не видела подобные автомобили вблизи особняка.

Да и то, как Эмир напрягся внешне, говорит о том, что это нечастые гости. Ко всему прочему ещё и незваные.

Настроение Эмира катится под гору, огонь в его глазах меркнет. Теперь в них лёд.

Из первой машины выходят двое молодых мужчин одетых во всё чёрное. Они под копирку огромные, страшные. Натуральные машины для убийств.

Тяжёлой походкой они направляются к автомобилю, стоявшему в середине кортежа. Их глаза-сканеры тщательно осматривают местность, исследуют каждый участок крыш близлежащих зданий.

Один из мужчин открывает дверцу автомобиля, откуда выходит ещё один величавый мужчина лет сорока с аристократической осанкой и благородной сединой в идеально зачёсанных в гладкую причёску волосах.

Втроём они направляются прямиком к охраняемым воротам, ведущим на территорию особняка.

От них за версту несёт опасностью, напряжение витает в воздухе, а нутро твердит мне, что надо держаться подальше от таких.

— Кто эти люди? Они к нам? — нарушаю напряжённую тишину.

Эмир отмалчивается. Сейчас он находится в своих мыслях, там ему не до меня и моих вопросов.

Вопреки своим опасениям, я выхожу из машины, и только звук закрывающейся двери способен снять с него сети задумчивости.

— Диана, вернись в машину! — давит он своим взглядом, устремлённым на меня сквозь ветровое окно, что может означать только одно — в какой-то степени, я права насчёт того, что эти люди опасны."

"Видя, что я не собираюсь на сей раз подчиняться, Эмир вылетает из машины и моментально закрывает меня своей могучей спиной от взглядов опасных незнакомцев, которые в результате обращают на нас всё своё внимание.

Их главный обращается к Эмиру. Я могу разобрать только имя, но то, с какой интонацией говорил этот человек… Он чувствует за собой явное превосходство над всеми нами.

— Рифат… — произносит Эмир сквозь зубы, подкрепляя парочкой слов на родном языке.

Мои волосы тотчас встают дыбом и холодок начинает волной подниматься по спине от услышанного. Этот человек именно тот, в чьих руках сейчас находится жизнь Эмира.

Я высовываюсь из-за спины Эмира, чтобы получше рассмотреть этого ужасного человека.

Рифат бросает ещё парочку фраз, произнесённых леденящих тоном.

Его заинтересованный взгляд останавливается на мне. Он сковывает им. Смотрит на меня так, словно я вещь и он будто бы мысленно примеряет меня на себя. Дальше взгляд его опускается на мой плоский живот. Внутри клокочет нещадно от необъяснимого страха. Я сглатываю горечь, подступившую к горлу, машинально накрываю ладонью свой живот, и прячусь за Эмиром.

— Впечатляет, Эмир! — неожиданно говорит он на понятном мне языке, словно захотел, чтобы я поняла, о чём ведётся речь.