— Что за чушь!?

— Видео, где Ильницкий бьёт Вику, держащую на руках сына, по лицу, приложено.

Осаживается, недоверчиво глядя на Вику.

— Это правда?

— Да! — вжимается она в меня.

— А также приложено журналистское расследование, где выясняется, что Ильницкий сменил фамилию, чтобы укрыть очень некрасивую историю своей семьи.

Отец — мошенник, мать — убийца, находящаяся на принудительном лечении.

Лицо Алексея Павловича идёт пятнами.

— Такие дела… — смотрю опять на часы. — Четыре минуты.

— Вика… ты посмеешь со мной воевать?.. — неверяще.

— За сына? Естественно! Воевать, судиться, освещать всё это в прессе.

— Это же… Не ожидал такого предательства! — осуждающе.

— Поверь мне, я тоже от родителей не ожидала… Отпусти нас, пап.

— Если сейчас всплывёт твой развод, я проиграю гонку! Ты понимаешь, что люди вложили деньги? Ты понимаешь, что я останусь должен крупную сумму?!

— Мы будем вести себя очень тихо, Алексей Павлович. Всё отрицать, пока не закончится Ваша предвыборная. Наш роман будет на уровне слухов и происков конкурентов, не больше. Взамен Вы никак не трогаете нашу семью. Ни сейчас, ни потом. Иначе… Одна минута…

— Отменяй отправку! Хер с вами…

Он достаёт сигареты и, хватаясь за сердце, курит, недовольно разглядывая нас.

Захожу в телефон, переношу на сутки отправку файлов.

— Где гарантии, что ты не передумаешь, Державин?

— А где гарантии, что не передумаете Вы?

— Ушлый какой…

— Что ж делать… Приходится прокачиваться. И почту мою можете не ломать. Я подстраховался с другой.

— Я ж тебя достану, когда в кресло мэра сяду.

— А смысл? Мстить будете отцу Вашего внука за то, что он свою семью защитил?

Несолидно, Алексей Павлович. Низко. За такое судьба наказывает… Как внукам в глаза смотреть будете?

— Ты что, беременная?! — страдальчески смотрит на Вику.

— Поздравляю, — пожимает она плечами. — Ты снова будешь дедом.

— Плохо мне… — вдавливает ладонь в область сердца. Губы синеют, лицо покрывается мраморным рисунком.

— Вика, воды ему тёплой, срочно.

Вызываю скорую.

— Предынфарктное…

Помогаю ему сесть в машину. Вика убегает в дом за водой. Менты растерянно слоняются.

— Аспирин дай из аптечки, — прошу у того, что разбил мне лицо о капот.

Делаю тестю аккупунктурный массаж кисти, чтобы снять спазм.

— А ты чего меня спасаешь-то? — надсадно шепчет Алексей Павлович. — Тебе ж невыгодно.

— Я — врач, а не судья. Мне положено спасать. Делаю то, что должен. В остальном судьба распорядится. Она не дура.

— Ох, Борис… сукин сын… Так подставить меня! Кругом идиоты! Один умный — и тот во вражеском стане!

— Это Ваш выбор. Я с Вами не ссорился.

Вернувшись, Вика протягивает ему воду. Подъезжает скорая. Алексей Павлович отпускает ментов.