После выписки они переехали ко мне, втроем, с ребенком. «Территориалы» их взяли на прицел, провели несколько обысков. Жить там стало совсем небезопасно. Через еще 10 суток мы оба получили извещения, что наши пропуска в КБ СБУ признала «недействительными». Нам было предложено уволиться.

— Я туда не пойду. — сказал Игорь.

— Мне тоже нет никакого резона там появляться. — сказал я.

— Ага, я вас обоих, подлецов, насквозь вижу, чуть что — отдуваться мне! — сказала Наталья, взяла наши заявления, и пешочком, без машины, пошла в КБ. Оба мы находились на больничном. Диагнозы разные, я, так еще и заразный. Она вернулась через три часа, поржала над нашими страхами, и передала нам письма Кушнарева. Когда мы их открыли, желание хохотать у нее прошло. В обоих конвертах, кроме официального письма главного, находились повестки из СБУ.

— Ты там не расписывалась за получение? — спросил ее Игорь.

— Нет, как ее, Жанна тишком передала.

— Слушай, Андрюха, а кто из наших знает, что ты живешь здесь?

— Достаточно многие.

— Это — плохо. Наташ, нам надо будет уехать к твоей бабушке. У Андрюхи украинский паспорт есть, а я тогда поленился его сделать.

— А российский? — спросила Наташа.

— Я его не сдавал, и не хотел, чтобы в нем была отметка о браке, у меня же он был фиктивным.

— Да, в этом случае мы тебя подставим. Вот что, завтра днем мы постараемся уехать. Вот наш адрес. Это не очень далеко, это — моя двоюродная бабушка. Там Игорешку искать никто не будет. Спишемся."

"Они действительно уехали днем и к вечеру я получил СМС, что они добрались до места без приключений. А я остался в городе. В финансах я не нуждался. Списался с «Кимом», тот нормально прореагировал на то, что я больше «на фирме» не работаю. Я получил еще одно задание, требовалось достаточно много чего считать, на следующий день капнули деньги, так что, жизнь продолжается! Дергаться было бессмысленно, выезд лиц мужского пола был запрещен. Наступление наших войск постепенно остановилось, кое-где они даже отошли. Ближайшие части находятся 115 километрах отсюда, на другом берегу Днепра. Так как «Ким» звал к себе, то я решил найти способ выбраться за границу и куда-нибудь перебраться. В Питер или Париж. Даже нашел себе преподавателя по французскому, пожилую даму, живущую не так далеко, которой были очень нужны деньги. Через три месяца я уже вполне освоил этот курс молодого бойца. Но, за это время я «накопил» четыре повестки на могилизацию, первую из которых мне вручили на «Юконе», автозаправке в нескольких сотнях метров от дома, мне вручили первую повестку, которую я благополучно сжег через 15 минут. Я владею обоими руками примерно одинаково. Расписался левой, стал реже выходить из дома, в общем попал в осаду.