Все должны научиться пользоваться оружием, оно вам не знакомо, женщины будут служить в женских батальонах, которые будут привлечены к охране наших поселков, к строительству укреплений, и обеспечению внутреннего порядка на наших территориях. Мужчины пройдут обучение в мужских пехотных батальонах, к сожалению, посадить всех на коней мы не можем, хотя увеличение численности конных подразделений будет. Особое внимание уделить продовольственным складам, складам оружия и боеприпасов, заводам по производству этих изделий. Порт был и остается под прикрытием гвардии и морской пехоты. Сил и средств там хватает. А теперь я готов выслушать вас, уважаемые жители Печенги.

Встал пожилой, коренастый и бородатый староста Асольф Хродульф:

— Напугал ты нас, княже, но не тем, что зовешь на бой, а тем, что перечислил вначале сколько врагов придет, и потом указал, что нас много меньше, я подумал, что ты скажешь: «Грузиться, и мы уходим искать себе другой дом».

— Мы — дома, Ас Волк и прославленный Волк. И отсюда нас не выгнать. Я не хочу напрасных жертв среди вас, поэтому хочу, чтобы здесь стрелял каждый камень. Чтобы гвардия уходила бить врагов свободно, зная, что в город никто не ворвется и не убьет их родных и знакомых.

— То, что ты объявил, наш народ делал всегда, всех учили владеть оружием, от мала до велика. При нападении на деревню бились все. В бою всем место есть, даже детям."

"— Тогда так: с завтрашнего дня сюда приедут гвардейцы, разобьют вас на две пятерки, и начнут занятия. Это пока не касается рабочих смен на заводе и в пошивочной фабрике.

А я столько времени думал, как подать эту новость! Давила ситуация, через которую сам прошел, когда услышал, что непонятно кто, непонятно зачем, предлагает мне взять в руки оружие и направить его против своих же людей, которых почему-то объявили врагами. И было максимально непонятно: «Причем тут я, и почему они враги?» Перед этими людьми этой проблемы не стояло: это их право защищать самих себя и своих соседей на своей земле. Про то, что я и Москва, пусть и запоздало, вспомнили о том, что враг давно нарушил все договоренности, и мы решили, что пора восстановить «статус кво» в этом вопросе, я этим людям не говорил. Была уверенность в том, что мне удастся быстро провести эти операции, ведь полная беспомощность противника была очевидна: дорог здесь нет, только море, мостов нет, летом — одна мошка, гиблые болота и отсутствие точных карт. Вариант, что «язык до Киева доведет» мной даже не рассматривался. Мои карты тоже грешат неточностями, но позволяют мне восстанавливать целые этапы покорения этих земель нашими предками. С помощью этих карт я даю распоряжения: что искать и где. Предки и их противники такой информации не имели.