— Хелло?

— Хелло! — Он уже стал воспринимать это как эхо, как вдруг входная дверь распахнулась. Худой старик в брюках цвета хаки и в нижней сорочке предстал перед ним. У него были кустистые седые брови, которые частично прикрывали голубые глаза, что придавало им какой-то заговорщицкий вид.

— Хелло! — сказал он. — Это вы звонили в дверь?

— Да, я, — ответил О’Брайен. — Я детектив О’…

— О Господи, — не дал договорить ему старик.

О’Брайен улыбнулся.

— Ничего особенного, сэр, — заверил он старика. — Просто мне нужно будет задать вам несколько вопросов. Моя фамилия О’Брайен. Восемьдесят седьмой полицейский Участок.

— Здравствуйте! Моя фамилия О’Лафлин, Первая Южная улица, — сказал, подражая его тону, старик и рассмеялся.

— Да здравствует борьба! — сказал ему в тон О’Брайен.

— Да здравствует борьба! — ответил О’Лафлин, и оба они расхохотались. — Входи, парень. Я тут как раз собирался пропустить рюмашку в честь окончания рабочего дня. Заходите и составьте мне компанию.

— Но, видите ли, нам запрещено пить при исполнении служебных обязанностей, мистер О’Лафлин.

— Это — само собой, но какой же ирландец выдаст соратника по борьбе? — отозвался старик. — Входите, входите.

Они прошли через вестибюль и направились в квартиру О’Лафлина, расположенную на первом этаже в самом конце холла. Там они уселись в гостиной с бархатными портьерами и цветными канделябрами. Комната была обставлена старой мебелью, красивой и удобной. О’Лафлин прямиком двинулся к бюро из вишневого дерева и извлек оттуда странную бутылку с яркой этикеткой.

— Ирландское виски, — сказал он.

— А какое же еще? — сказал О’Брайен.

Добродушно посмеиваясь, старик налил виски в два старинных стакана из толстого стекла. Один он поставил перед О’Брайеном, который устроился на диване, а со вторым уселся напротив него в обитое материей кресло-качалку.

— Да здравствует борьба, — произнес он тоном заговорщика тост.

— Да здравствует борьба, — ответил О’Брайен, и оба они торжественно выпили.

— Так о чем это вы хотели спросить, О’Брайен? — спросил старик.

— Да тут у нас вышла небольшая путаница, — поглядывая на стакан с явным удовлетворением, проговорил О’Брайен.

— Мягкое, как материнское молоко, — заверил его старик. — Пей, парень.

О’Брайен, поколебавшись, снова поднес стакан ко рту. Отхлебнув немного, он сказал: — Мистер О’Лафлин, мы сейчас разыскиваем одну девушку — некую Эйлин Гленнон. Мы обнаружили записанный ею адрес…

— Ты, парень, попал прямо в точку, — сказал О’Лафлин.

— Вы ее знаете?

— Ну, я, собственно, не знаю ее. То есть видел, конечно, разок, но вряд ли это можно назвать знакомством. Но комнату она у меня снимала, это точно.

О’Брайен вздохнул.

— Это уже хорошо, — сказал он.