У меня сходка… — посмотрев на меня осекается, — деловая встреча в час нарисовалась, я долго буду ждать?..

— Папа…

— Две минуты!

Поднявшись с места, он еще раз смотрит на меня и машет рукой.

— Хватит портить мне день, Ника. Давай, забудь о глупостях и закажи себе что-нибудь в ювелирном. Можешь потратить годовой бюджет Елкино, — смеется с собственной шутки. — Но, без профицита! — строго договаривает. — Хотя, откуда у них, в деревне-то… — смеется, застегивая пиджак. — Ладно, поехал.

Я провожаю отца взглядом и от злости толкаю рядом стоящий стул, который заваливается набок.

Хлопаю дверью и вприпрыжку поднимаюсь по мраморной лестнице. Возле комнаты меня кто-то обнимает сзади и накрывает ладонью уже готовый закричать рот.

Не успев испугаться, со всей дури луплю захватчика локтями и пятками.

— Блядь, Ника, — хрипит он мне на ухо, уж сильно знакомо. — Ты не Скальпель, ты Дикий Молоток.

Мое тело обмякает, а на глаза наворачиваются слезы. Секунду они еще льются от обиды, а потом — от радости.

Приехал!.. Пробрался!..

Развернувшись, ахаю от неожиданности, потому что мой мэр оказывается в противогазной маске, но это совершенно точно он. Помимо голоса, у чудовища Костины сильные руки, и от него знакомо пахнет моим счастьем.

Я вдыхаю его полной грудью и улыбаюсь как дура.

Стягиваю маску и разглядываю красное лицо. На меня смотрят ледяные, чуть насмешливые глаза. Все замечаю: торчащие в разные стороны светлые волосы, опухший, как картошка, нос, залепленный пластырем, и пурпурные фингалы, знаменующие нижние веки.

Боже, какой он у меня красивый!..

Самый красивый!..

Справа слышатся шаги, поэтому Костя бесшумно смывается за колонну у лестницы, а я, спрятав маску за спиной, дожидаюсь, пока в коридоре появится… Кабан.

— Ника Венцеславовна, у вас все в порядке? — спрашивает озадаченно, озирается и смотрит мне за спину.

— А не видно? — рявкаю. — Я… прогуливаюсь и проверяю все до прихода Гордеевых, как папа попросил.

— А вы газовщика не видели?

— Кого? — картинно удивляюсь.

— Газовщик, такой в маске и с надписью на спине. В дом зашел и пропал куда-то.

— Вы точно с утра ничего не употребляли, Кабан Юрьевич? — усмехаюсь, поглядывая на Костю.

Мэр, прислонившись к колонне, смотрит прямо на меня.

— Ну, пропал же. Может, он где-то здесь, странно это все. Лучше проверю…

Охранник делает несколько шагов в сторону колонны, и я как-то внутренне собираюсь.

— А ты ничего не перепутал? Я, по-твоему, обманываю?

— Я так не сказал, — осаживается.

— За базар и спросить ведь могут, — наседаю. — Распишут ножиком за слова необоснованные, что тогда делать будешь?..

Замечаю, как брови Константина Олеговича иронично плывут наверх, и чуть пожимаю плечами.

Подумаешь, блатная наука.

— Ника Венцеславовна, ну, где вы все это берете?..