А может, и еще чего есть — не зря отец с братом туда ходили. — Я оперся поясницей на верстак и, запрокинув голову, уставился на низкий потолок оружейни. — Знать бы, что они там такое искали…

— А я знаю, — тихо проговорила Катя. — Кажется.

Глава 13

— Кажется?

Я тут же навострил уши. Сама мысль, что покойный князь Костров, который не спешил делиться соображениями даже с родным братом, вдруг решил доверить тайну младшей дочери, казалась…

Нет, пожалуй, не такой уж и абсурдной. Если идея очередной экспедиции в Тайгу поглотила отца целиком, Катя была единственным человеком, кто мог поддержать такую авантюру — пусть и только на словах.

И бабушка с Полиной, и уж тем более дядя наверняка взывали к его разуму, требовали осторожничать… Неудивительно, что последние полгода они почти не разговаривали.

Если так — тихие вечера в оружейне, которые отец проводил в компании Кати и Святогора, стали для него чуть ли не единственной отдушиной. И пусть даже он не спешил делиться планами, о цели поисков здесь наверняка говорили не раз.

— Ну… Отец болтать не любил, — тихо отозвалась Катя. — Они с дядей Олегом все время спорили, помню.

— О чем? — Я кивнул Василию, который до сих пор возился с коробками у полки в углу, и неторопливо направился к двери. — Про экспедицию?

— И про нее тоже. — Катя шагнула следом. — Там столько секретов было, что даже Мишка все не знал, хотя они год назад в Тайгу только вместе и ходили.

— И не просто так ходили. — Я в очередной раз на мгновение унесся мыслями к отцовской карте на клочке бумаги. — Искали что-то. И мне вот кажется — дядя знает, что именно. Просто говорить не хочет.

— Ага. Хоть пытай его — не признается, — усмехнулась Катя.

— Я тоже пробовала.

Я молча кивнул. Эту тайну старший из ныне здравствующих Костров хранил так, что, наверное, уже успел забыть и сам. По неведомым мне причинам он даже от разговоров на эту тему шарахался, как черт от ладана.

И эти самые причины у него наверняка были. Дядя с самого нашего знакомства казался человеком подозрительным и чересчур осторожным, но уж точно не пугливым. А может, просто пытался таким образом пытался уберечь семью — раз уже не смог спасти ее главу.

И сколько бы мы ни спорили, в одном он точно не ошибся: отцовские секреты были опасны.

И те, кто знал про них хоть что-то, ходили со смертью бок о бок.

— Пробовала? — переспросил я. — И не вышло, значит… Тогда, получается, отец сам рассказал?

— Ну… если честно — не совсем. — Катя вдруг покраснела, будто я поймал ее на прямой и до смешного неуклюжей лжи. — Они с Мишкой разговаривали, а я подслушала… Случайно!

Судя по виноватой физиономии, случайности во всем этом было немного, но эта стороны вопроса меня, разумеется, ничуть не волновала.