И не то чтобы я сильно пьяная, но в голове дымка. Приятная, лёгкая.

Поэтому позволяю девушке вытащить меня на танцпол. В худшем случае, меня задавит толпа. И не придётся ехать на завтрак с отцом и его новой любовью. Нет, София неплохая, папа, вроде счастлив с ней. Но одно дело встретиться мельком, а другое — завтракать и поздравлять с подачей заявления в ЗАГС.

Ещё и с братом знакомиться.

Который, вроде как, старше меня на год.

Не было семьи, а теперь сразу скопом.

Чувствую себя столбом по сравнению с остальными танцующими. Ну не привыкла я бывать в клубах и танцевать. Так, на кухне покружить немного, на дискотеки школьные ходила.

А вот так, с алкоголем, танцами, толпой народа — только на чьём-то дне рождении.

Но постепенно ловлю ритм. Смотрю, как извивается Настя, и за ней повторяю. Нарисовать восьмёрку бёдрами и провести пальцами по шее ведь не сложно. А дальше всё само собой получается.

Плавные движение, сердце бьётся в такт музыке. Вокруг толпа, которая меня не знает. И плевать, даже если буду выглядеть глупо. Мне, отчего-то, хорошо и легко.

Чьи-то руки на талии я замечаю не сразу, лишь когда пытаюсь повернуться и врезаюсь в мужчину.

Парня, лет двадцати. У него смеющийся взгляд, а всё тело покрыто татуировками. Даже на шее нарисованы лица или череп, в темноте не разобрать.

Знакомый. Или кажется таким.

В моём универе таких точно не было.

Не из друзей Саши, я бы запомнила.

В рекламе снимался? Или в спортивный клуб захаживал, где я работала?

— Руки!

— Что? — он наклоняется, пытаясь разобрать.

— Руки убери! У меня парень есть.

Был, ещё часов пять назад. Теперь я свободна и одинока. Брошенка, только без детей и развода за плечами.

Но моя «занятость» должна отвадить других.

Вон, клуб полон девушек, которые глазеют на моего знакомого. А я не за этим сюда пришла.

Пока не поняла зачем, но уж точно не позволять кому-то лапать себя.

Наверное.

— Парень не стенка, подвинется.

— Парень и втащить может.

Предупреждаю, но этого ничем не испугать. Ладони смещаются на спину, сильнее вжимая в парня. Тот улыбается, так, что появляются безобразные ямочки на щеках.

Безобразные, потому что он подкупают. Лёгкие, красивые. Он сам красивый, но бесит своей наглостью.

Хорошие девочки, Эмма, с незнакомцами не обжимаются.

Голос отца звучит в голове, но не действует привычным отрезвителем. Наоборот, заставляет скользнуть пальцами по широким плечам, ниже, к голой коже на руках.

Ему не холодно-то?

В клубе жарко, но не настолько.

А на нём тонкая футболка и самоуверенность, которая не знает границ. Руки уже скользят ниже, накрывая мою задницу.

Парень заслуженно получает шлепок и мой злой взгляд.

Который, кажется, его не берёт.

— Руки! — повторяю, чувствуя себя попугаем.

— Ну так, — он наклоняется ниже, мажа губами по щеке.