Тебя в лесу воспитывали? Или в детдоме?

Постаралась не обращать внимания на его замечание. Хорошо ему говорить. Он не обитал большую часть детства на детской площадке и на СТО, чтобы не попасться отцу на глаза. И его не унижали за поступки родителей. Как тут быть милой и всепрощающей? Приходилось драться. Сразу тумаков получала, а потом он уже боялись. Так что пусть заткнется.

И что с детдомом не так? Не люди для такого буратинки?

Недоделанный баловень судьбы!

— Меня не было в машине. Это мой… отец, — крикнула ему в лицо, удивляясь, как он так быстро подошел. Упустила момент.

— Твоя машина, ты и будешь отвечать. На камерах не видно водителя, — не сказал, а выплюнул с презрением.

— Ну, конечно, что ты еще можешь сказать, когда лень разбираться? Богатенький никчемный муд… — дальше включился режим «эмоции». И когда немного остыла, понимая, что конкретно тут наговорила, потому как все стояли с открытыми ртами и выпученными глазами, выдохнула: — Сломать жизнь девчонке легко, когда не ценишь ничего. Правда?

Смотрела и видела одно — богатей до сих пор не мог оправиться от нашего знакомства. Можно не сомневаться, запомнит стопроцентно.

— Уведите ее! — безжалостно бросил этот король, обращаясь к тем, кто стоял позади меня.

Медленно обернулась.

Трое в черной форме с надписью «охрана». И один из них Толян. Он старался не смотреть на меня, любовался стенами. Понимала его.

Когда один, что постарше и помощнее, сделал шаг ко мне, громко сказала:

— Я сама!

Высокий брюнет глянул в сторону Орлова. Тот водил челюстью, о чем-то думая, а потом усмехнулся и кивнул.

— На выход! — отдали мне приказ и я подчинилась. Умею, когда нужно.

Шла примерно, пытаясь понять, что сделала не так. Нужно было потерпеть, а потом… когда Орлов притащил бы меня домой и снял свои светленькие штанишки, с невинными глазками признаться во всем, рассчитывая получить чашку кофе и жилетку для слез?

Нет, уж слишком. И навряд ли этот богатей умеет сочувствовать.

Черт.

На улице было свежо. Прохладно, учитывая мое платьице.

Кстати, да. А куда они меня собираются увезти? В полицию?

Определенно.

Ладно, тогда план «Б».

Чуть крутанула ногу и вскрикнула, тут же останавливаясь, корча страдальческую мордочку.

— Что случилось? — грубо рявкнул здоровяк.

— Эээ, Андрей Михайлович, можно мне отойти? — как-то виновато и жалобно выдал Толик, начиная приседать. Может, в туалет захотел? Или сбежать удумал?

— Иди. Я справлюсь.

Я же стояла, наблюдая, как Толян сваливает. Уже не трясся, очень бодренько бежал, то и дело поглядывая на нас. Обычно так домой сруливал, когда начальника не было.

Заподозрил. Однозначно.

— Ты, бешеная, что стоишь? — продолжил громила.

Вымученно улыбнулась и объяснила:

— Подвернула ногу.

— И что?

— И не могу идти.