Эти стены насквозь пропахли болью и предательством, едкой ложью и горечью. Столько оттенков «дурного» запаха, что сразу и не разберёшь, не перечислишь все.

— Сука! — тихо процедил, пылая отвращением и дикой ненавистью.

Горло от гнева зажимает до слёз. Одно радует: в просторном коридоре этого удручающего здания хотя бы не витает удушливый смрад продажной дряни, к которой прикасался своими пальцами. Достаю из кармана носовой платок и остервенело тру губы. Шею. До красноты. До жжения. Вытираю пальцы, протирая до дыр небольшой хлопковый отрезок. Живот скрутило. Отвращение выворачивает нутро, заставляя согнуться пополам.

Впервые тошнит от женщины! Хотя, какая она женщина? Тварь дешёвая. Горечь сжимает горло. Перестаю дышать. Замираю, чтобы не блевануть. Звук от ударов собственного сердца вот-вот разорвёт барабанные перепонки. Не вынесу близости с Асей. Этими руками не смогу ласкать её тело. Целовать не смогу. Меня будто перепрограммировали. Самому себе противен. Только подумаю, сколько бед навалилось на её светлую голову — сердце кровью обливается. Не знаю, чем помочь. Моё понимание заканчивается там, где начинается черта Матвея. В какое же ты дерьмо вляпалась, девочка моя? И никакого гребного просвета, суки, мать вашу!

— Да, — бессильно выдавливаю из себя нечто вроде кваканья, ответив на входящий звонок.

— Вали на хер оттуда, Дим. Она с минуты на минуту выйдет на встречу. Ты молодец. Отлично справился с заданием. Дуй в машину и жми к условленному месту. Живо. Я тебе дам знать, когда можно будет подойти к фургону.

— Угу... — всё, что смог промычать, подавляя повторный приступ рвоты.

Чеканя шаг, зашагал прочь из детского дома. Скорее бы в машину.

Невыносимо тянет нажраться в хлам. Стереть из памяти это безумие.

Выйдя на улицу, вдохнул на полную грудь свежего воздуха. Лёгкий ветерок коснулся кожи лица. Немного освежил меня, но голова не прояснилась окончательно. Всё ещё гудела и раскалывалась, как будто её сдавливали прессом. Направляясь к машине вдоль высокого, каменного забора, тянущегося под широкими кронами деревьев, думал, что же будет дальше. Моя миссия выполнена. Матвей с проверенной группой, несомненно, справятся с заданием. Осталось дело за малым — найти в её кабинете кейс с мечеными купюрами и вытянуть из стервы нужную информацию.

Я хочу знать, какая тварь дёргает за ниточки этой крашеной куклы Снежаны. Но стоит ли быть таким уверенным, что быстро спланированная операция ФСБ под кодовым названием «ЛОТ» пройдёт на ура, за исполнение которой отвечает Матвей, подставляя свою голову под плаху? Он не царь и не бог. Так же подчиняется приказу свыше, где многое проплачено высокопоставленными чиновниками, среди которых может оказаться враг."

"Оглядевшись по сторонам, сажусь в машину.