Электрический ток струится по грешному телу. Напряжение пробивает, прошивает насквозь.

— Дьявол, — мрачно выпаливает Рустам, снова целует меня, никак не может оторваться от истерзанных губ, слегка прикусывает, боль не доставляет, просто обостряет чувства, до грани доводит и толкает дальше: — Какая же ты.

— Какая? — спрашиваю тихо.

— Сквозная рана, — криво усмехается. — Держишь не за член. За душу. И когда я думаю, что все про тебя узнал, снова по башке врезаешь.

— Я не сделала ничего особенного, — невольно пожимаю плечами.

А после веду пальцами по его мускулистым рукам, ощущаю, как оживают и бугрятся мышцы. Повинуюсь природному рефлексу, подаюсь вперед и прижимаюсь ртом к мощной шее, веду языком по вздутой от бешеного возбуждения вене. Чуть покусываю кожу, прихватываю зубами, будто хочу попробовать на вкус.

— Ведьма, — бросает Рустам и вплетает пальцы в мои спутанные волосы, сжимает пряди, наматывает на кулак, заставляя запрокинуть голову назад.

— Твоя ведьма, — улыбаюсь.

Он монстр. Безжалостное чудовище. Он тот, кто не знает ни пощады, ни жалости, идет вперед по трупам. Каждого уничтожит. Сомнет. Для него люди просто пешки. Но черт раздери, рядом с этим жутким мужчиной я чувствую себя в абсолютной безопасности. Между нами больше нет никакой ненависти. Тьма сгущается, но угрозы не представляет. Проклятье, кажется, я единственный в мире человек, которому не нужно страшится этого кровожадного зверя. И дело не в том, что я его приручила. Дело в том, что он сам меня выбрал. А я выбрала его. С первого взгляда и навечно.

— Любимая, — выдает Рустам, и мое сердце пропускает удар, а потом начинает биться до такой степени неистово, что дышать становится нереально.

— Давай вернемся в спальню, — предлагаю, судорожно глотнув накаленный воздух. — Я чувствую себя немного неловко. Здесь. Все эти мечи. Такое впечатление, будто твой японский учитель наблюдает за нами. И остальные мастера, создатели этих клинков.

— Даже так? — насмешливо выгибает брови. — Тогда я точно должен тебя тут взять. Пусть глазеют и загибаются от зависти.

— Рустам, — шиплю возмущенно.

Однако уже в следующее мгновение из моего горла вылетает надсадный хрип, ведь мой мужчина обхватывает член у самого основания и постукивает вздыбленным органом по истекающему влагой лону. Проходится по воспаленным складкам. Надавливает.

Дергаюсь будто от высоковольтных разрядов. Вонзаю ногти в широкие плечи. До крови царапаю. Извиваюсь, но отстраниться не способна. Теряюсь, растворяюсь.

Мое сознание плавится. Тело мягче воска. Еще пара секунд — и Рустам сможет сотворить со мной все, что пожелает.

— Эти мечи тебя запомнят, — шепчет на ухо, шумно вдыхает мой аромат. — У таких острых лезвий отличная память. Клинок впитает твои стоны и крики.