"

"— Почему? — вырывается невольный вопрос.

— Просто… подумай, — хмуро бросает Олег, все-таки не пользуется шансом опять пройтись по теме моего очень спорного выбора любимого мужчины.

Мы покидаем гостиную и сталкиваемся с Викой. Брат вздрагивает всем телом, делает шаг назад и мотает головой. Возможно, принимает увиденное за галлюцинацию, навеянную алкогольным дурманом. А после он смотрит на меня, будто пытается проверить, вижу ли я то же самое или нет. Мой взгляд сразу выдает правду.

— Я ничего не сказала раньше, потому что мне кажется, Вика должна была все рассказать сама, если захочет, — говорю я.

И кажется, Вика действительно готова пообщаться с мужем, для которого долгие годы считалась погибшей. Ее появление тут нельзя назвать случайностью. Она явно ждала нашего появления.

— Ты собиралась молчать? — чуть позже спросит меня Олег, не скрывая шока и обиды в голосе. — Реально?

— Я бы объяснила, — виноватая улыбка растянет мои губы. — Чуть позже.

Но пока у брата пропадает дар речи. Нет никакого шанса меня отчитать.

— Нам надо поговорить, — глухо выдает Вика, нарушая напряженную тишину.

Олег только кивает в ответ.

Я оставляю их наедине.

Разговор длится долго. Проходит несколько часов. Я располагаюсь в кабинете Рустама и наблюдаю за дверью гостиной по камерам. Первой выходит Вика, проходит по коридору очень быстро, спешит скрыться в своей комнате. Минут через двадцать я вижу на пороге Олега, который тяжело приваливается к дубовому косяку, застывает в проеме, после резко отталкивается и делает неровный шаг вперед. Брат движется медленно, выглядит абсолютно потерянным. Я без труда успеваю поймать его на выходе.

— Потом, — только и говорит он, отворачивается, но я успеваю заметить, как сильно покраснели его глаза, а лицо кажется мертвенно бледным.

Молча провожаю взглядом сгорбленную фигуру. В груди щемит, но я понимаю, что ничего не могу сделать. Мысленно опять повторяю, будто заклинание: «Нужно время».

Да. Время нужно. Всем нам.

* * *Рустам возвращается домой рано утром. Без предупреждения. Но я заранее обо всем догадываюсь, ведь прошлым вечером он впервые не выходит со мной на связь по камере, ограничивается звонком, и голос его звучит иначе, гораздо более хрипло, чем обычно, надтреснуто.

И вот муж передо мной. Неуловимая перемена ощущается в горящем взгляде, в жесткой складке губ, в чётко обозначенном между бровями вертикальном надломе.

Я понимаю Рустама без лишних слов. Все кончено. Теперь уже точно. Кошмарное прошлое похоронено. Погребено раз и навсегда. Я не уверена, что хочу знать детали. Только не сейчас.

Подхожу вплотную к супругу и обнимаю его очень крепко. Чувствую гулкое биение сердце, ловлю родной пульс. Удар за ударом, мы становимся идеальным отражение друг друга.