Я никогда не бросила бы вас из-за этого. Мне все равно сколько у вас денег. Мне все равно сколько у вас было женщин. Меня не пугает наличие ребёнка. Мне неважно, чемпион вы или только учитель. Я просто люблю.

Сказала. Но он продолжал молчать. Эта чудовищная тишина скоро разорвёт мои барабанные перепонки.

— Я люблю вас, тренер. Я люблю тебя, Камиль. И ты зря полагаешь, что если мне девятнадцать, и я ещё не любила, то не смогу разобрать, кто мне действительно нужен. Сотни самых перспективных и молодых, достойных меня, не сравнятся с одним звенящим в магазинах Камилем Валиевым.

Ты лучший мужчина из всех, что я встречала. Ты — лучшее, что случалось со мной. Ну вот, — перевела я, наконец, дыхание. — А теперь я готова слушать твои нудные проповеди.

Глава 16

— Соня, иди к себе, — сказал тренер негромко.

Меня пронзило до слез чувство стыда и ненужности. Чего я от него ждала? Это самое логичное, что мог бы и должен был сделать тренер — отправить меня в мой номер. Если бы Камиль поступил иначе, это был бы не Камиль… Именно за это я и влюбилась в него — за то, что он такой.

— Простите меня, — почти прошептала я. — Больше никогда я вас не потревожу.

Забудьте все, что я вам тут…наговорила. И меня забудьте, маленькую, глупую Соньку.

Рукой пыталась найти ручки двери, чтобы уйти, но дрожащие пальцы никак ее не могли отыскать. Едва дверь, наконец, поддалась, как тут же с грохотом захлопнулась обратно. Камиль закрыл ее своей широкой ладонью, за секунды оказавшись рядом.

Застыла на месте, тяжело дыша, сбитая с толку его реакцией. Он почти вжимал меня в дверь своим телом, отчего щеки мои горели, а внизу живота собралось мучительное томление. Я молча смотрела в его серые глаза, которые уже больше не скрывали желания.

Они горели пламенем, как тогда, в наш жаркий поцелуй в тренерской. Если бы Камиль не положил на мою талию пальцы и не сжал их, я бы начала заваливаться — настолько дорожали ноги от его взгляда. Он жадно смотрел на мой рот, будто пытаясь лишь глазами ощутить снова вкус и мягкость губ."

"Другая рука тренера властно обхватила шею, заставив меня поднять подбородок выше, чтобы ему было удобно взять мои губы. Поцелуй далеко не нежный, взрослый и даже немного грубоватый. Язык вынудил дать пространство и выписывал внутри меня восьмерки, от которых тело снова и снова бросало в дрожь.

— Уходи, — сказал он хриплым голосом, с большим трудом оторвавшись от меня. — Сейчас. Иначе будет поздно.

— Нет, — проявила я настойчивость. — Я хочу, чтобы…чтобы было поздно.

— Я не смогу остановиться, Соня, — прорычал он мне в шею, впиваясь пальцами в бёдра. — Уходи сейчас же.

— Не надо… Не надо останавливаться. Я хочу. Хочу тебя, Камиль.

— Глупая ты девчонка. Ты будешь об этом жалеть, — сказал он. — Это ничего не изменит между нами.