— Очень бы хотелось услышать объяснения, — съязвил папочка и наклонил голову на бок, сузив холодные серые глаза. В такие моменты он кажется мне даже…опасным. Как его только мама терпит? — Это случайно не твой ли тренер, о котором ты нам с мамой не удосужилась рассказать?

О чё-ё-ёрт… Он и об этом узнал. Ну всё — копайте мне могилку. Не поминайте лихом.

— Да, — вздохнула я и ответила без дрожи в голосе. Ничего плохого я не сделала. — Это мой тренер. Камиль Наилевич Валиев. Мировая звезда, между прочим. Мне повезло, что я попала на занятия к нему.

— Прекрасно, — продолжал сверлить меня глазами отец.

Казалось, еще одно неосторожное слово и он меня разорвёт просто. — Очень рад. Только почему он тебя возит на машине? Да еще на такой, какую на зарплату учителя не купить. Какой-то странный тренер.

— Откуда машина, я не знаю, — пожала я плечами. — Можешь спросить у него, может быть, он тебе сядет и расскажет. А вез он меня, потому что я допоздна засиделась у Ираиды Львновны. Против нее тоже что-то имеешь?

Ход конём. Ираиду даже папа любит. Может проверить, что я была у нее, если хочет. Но он по глазам видел, что не вру.

Не папа, а сканер ходячий.

— Нет, не против, конечно, — остудил он немного пыл. — Но почему тебя повёз этот Камиль? Ему какое дело до тебя? У вас роман?

Неловкий и бестактный вопрос папы заставил щёки заалеть и подняться волне возмущения внутри меня.

— Что? Да как тебе такое в голову пришло? Он же…тренер."

"— И что? В первую очередь, он — молодой еще мужик, а ты у нас девочка красивая. Что я, не понимаю, что ли, какие мысли у него могут быть насчет тебя? Тем более танцы и совместная работа могут сблизить. Поэтому я против того, чтобы на льду ты контактировала с мужчинами!

Стало еще более неловко.

Как-то я не думала, что можно о нас с Камилем думать вот так. Для меня он самый честный и настоящий. Благородный. Он бы точно не думал так обо мне…

— Я не сама его выбрала, папа, — ответила ему. — Администрация комплекса нам дала его на замену Ираиды Львовны. Если хочешь знать, Камиль — её сын.

— А я в курсе, дочь, — сказал отец. — Ведь ты сама ничего не рассказываешь. Мне пришлось самому наведаться в комплекс, чтобы узнать, что на носу у тебя соревнования, на которые ты обещала мне не ездить, и что тебя тренирует молодой мужчина.

Хоть бы он сын Ираиды Львовны, хоть бы принц Датский. Почему не рассказала?

— А как тебе рассказать, если ты все мне запрещаешь? — в глазах зазвенели слезы. — Я сразу догадалась, что ты будешь против тренера-мужчины. Но он же хороший!

Папа влезает в то, что мне слишком дорого. Это слишком моё. Только не соревнования. Только не тренировки с Камилем…

— Я хочу поехать на соревнования! Что здесь плохого, папа? Это «мама-ама-криминал»[1], или что? Я не понимаю.