Но какой ценой? Арвиг не стал вдаваться в подробности, да и в целом правитель вернулся другим, что-то в нем изменилось, первой это заметила Тара, потому уж и дочь. Арвиг отдалился от семьи, стал мыслить общностями, тогда как раньше для него важнее было счастье жены и ребенка, через любовь к ним он заботился об остальных.

Печальные мысли прервал Ибар, орк вошел в гулум.

– Идти к река?

– Да, – резко кивнула, после вытерла слезы и устремилась за воином.

Орк повел ее к реке, что проистекала поблизости. Пока шли, воин постоянно смотрел на пленницу. Плачет… значит, на душе скверно.

Скоро двое оказались на песчаном берегу, река встретила спокойным течением и кристально чистой водой, однако ветер дул уж очень свежий, отчего девушка сразу поежилась. Вода, скорее всего холодная. Тайли подошла поближе, опустила руку в воду, так и есть.

– Что? – уставился на нее орк. – Не хотеть?

– Холодно, – глянула на него мельком.

Ибар понял ее и поспешил развести костер.

Тайли с интересом наблюдала за орком, такой свирепый с виду, на теле множество шрамов, покрытых ритуальными татуировками, настоящий воин, а вынужден нянчиться с ней.

Его злость, негодование вполне объяснимы. Раз уж Фаргар видит в ней ненавистного врага, что говорить об остальных. С другой стороны, на что она надеялась? Прошло целых восемь лет! За это время изменилось все, изменились в первую очередь они сами.

Когда костер приятно потрескивал, девушка решилась-таки залезть в воду. Но вот Ибар по всей видимости отворачиваться не собирался, наоборот, орк уселся напротив, точно приготовился к представлению. Может, не раздеваться тогда?

– Ты мог бы отвернуться? – обратилась к воину.

А тот сделал вид, что не понял.

– Чудесно, – щеки ее вмиг покраснели от злости.

Тайли все-таки набралась храбрости, подошла к воде, начала развязывать узел на боку. Лишь бы только этот громила сдержался. И вот, ткань осталась на песке, а обнаженная пленница, задыхаясь от стыда и обиды, вошла в реку. Холодная вода неприятно облизала ступни, ветер обдал со всех сторон. Сердце тогда зашлось в истерике. Ноги аж не идут, до чего холодно, а позади сидит орк и бессовестно пожирает ее взглядом. Ибар действительно смотрел, от вида обнаженной стройной девушки орк даже забыл, как дышать.

Тело сковало желание. Вот бы схватить ее сейчас, прижать к земле и овладеть, потом еще раз… и еще. Видимо с ним что-то не так, раз человеческая самка вызывает столь сильное возбуждение, влечение. Но хрупкость ее, нежная гладкая кожа, огромные синие глаза, запах сбивают с толку, дурманят.

Девушка тем временем все же вошла в воду почти по грудь. Как же холодно… как же ужасно холодно. Даже плавание не помогло, губы, ногти быстро посинели. После такого купания наверняка возобновится лихорадка.